REAL_AL - Глава 1

– О, айе. Тут для них зачинается великучее время «прыг-скоков» и «шлепков», а так же

«топотаний», – поддакнул Крошка Джок Белоголовый.

Тиффани была поражена:

– И когда же у Фиглов в последний раз была война с верзилами?

После продолжительного обсуждения среди Фиглов, было объявлено, что это была Битва у

Навозных куч, в которой, если верить Крошке Джоку Белоголовому: «Стоял никогда прежде еще

невиданный вой и грохот, и топотание ног по земле, а так же жалобные рыдания, которых тоже никто

прежде не слыхивал, наряду с громким женским хохотом, поскольку мужчины стремились побыстрее

избавиться от штанов, которые внезапно перестали быть их наипервейшими друзьями, если вы

понимаете, в чём тут соль».

Тиффани, которая выслушала вольный пересказ баллады с открытым ртом, сумела наконец его

закрыть, и тут же открыть, чтобы спросить:

– Так Фиглы когда-то убивали людей?

Этот вопрос вызвал мгновенный разрыв зрительного контакта, многочисленные пошаркивания

ножками и почесывания затылков, что в свою очередь привело к массовому выпадению осадков в

виде жуков, запасов пищи, забавных камешков и прочих непроизносимых предметов. Наконец

Двинутый Крошка Артур произнес:

– От своей личины, мисс, которая только недавно прознала, что она не честный сапожник, а

Фигл, я вовсе без тени гордости скажу, и то истинная правда, я потолковал с моими новыми братками

114

115

и прознал, что некогда те проживали в отдаленных горах, и там им приходилось драться с

человеками, которые являлися, чтобы накопать фейского злата. Имело место ужас-сающее сражение

и, верно то, что те бандюки были слишком тупы для того, чтобы смыться по добру, по здорову, от

чего и померли. – Он кашлянул. – Однако, в защиту моих новых братков, я должон пометить, что они

завсегда соблюдали честный баланс сил, не больше одного Фигла супротив десятка человеков.

Честнее не бывает. И тут не их вина, что некоторые человеки предпочли покончить свои жизни

самовбивством.

Во взгляде Двинутого Крошки Артура промелькнула озорная искра, которая вынудила Тиффани

уточнить:

– И как именно они покончили жизнь «самовбивством»?

Полицейский Фигл пожал крохотными, но широкими плечами:

– Они приперли к кургану Фиглов лопаты, мисс. Я человек закона, мисс, и ни разу не видал

курганов, пока не повстречал тех милых джентльменов, но даже моя кровинушка вскипает, мисс.

Кипит мой разум возмущенный, мисс, и в смертный бой, как говорится, идтить готов. Сердце

стукает, пульс несется вприпрыжку, а в глотке всё жжёт, точно дыхалка у дракона – при единой

мысли об том, как яркая сталь лопаты врезается в глину над курганом Фиглов, режет и всё крушит. И

я бы точно пришиб того человека, мисс. Пришиб бы до самой до смерти, и гнался бы за ним до

следующей жизни, чтобы прибить его снова и снова, потому как то самый смертный грех из всех

грехов – загубить цельный народ, и в этом смысле, одной смертью того греха не скупить. Однако ж, как я уже помянул, я человек закона, и очень надеюся, что энто неразумение можно уладить без

резни и массового кровопускания, криков, воплей и прибивания разных частей человеков к деревьям, как уже было ранее, то ясно? – Двинутый Крошка Артур поднял свой полноразмерный полицейский

значок словно щит и уставился на Тиффани с одновременным выражением легкого шока и вызова.

Тиффани была ведьмой.

– Должна сказать тебе одну вещь, Двинутый Крошка Артур, а ты должен понять мои слова

правильно. Добро пожаловать домой, Артур.

Щит выпал из его руки.

– Айе, мисс. Теперича я то осознал. Полицаседским не к лицу говорить о сказаннутых вещах. Им

нужно законить или жюрить, тюряжить или предложить, и они б сказали, что не можно брать

правосуд в свои руки. Потому, точняк, в руки я возьму значок, и встану в ряд со своим народом, у

которого, должон отметить, нестрогие стандарты гигиены.

Это вызвало гром оваций у собравшихся Фиглов, хотя Тиффани не была уверена, что все

понимают концепцию гигиены или, на худой конец, служения закону.

– Даю слово, – сказала она, – никто к кургану и пальцем больше не прикоснётся. Я прослежу, ясно?

– Ух, что ж, – печально произнес Двинутый Крошка Артур, – то возможно и будет хорошо, мисс, но вдруг что стрясется за твоей спиной, кады ты усвистишь по своим наиважнецким делам в горах?

Что тада?

Все взгляды, даже находившихся поблизости коз, обратились к Тиффани. Она никогда такого не