Vova - 3

Не смотря на неприёмное время, меня, без труда, пропустили в палату. Со

страхом отворив дверь, увидел, наконец, ненаглядную… И не узнал её!

Ларик сидел на койке, низко опустив голову, подавленный и обезволен

ный. Заметив же мерзавца, не проявил абсолютно никаких эмоций. Даже

не улыбнулся!.. Тусклый взгляд, общая слабость, вялая речь… Лицо было

бледным и измождённым. На похудевшем теле, повис выцветший халат.

ольные женщины

Б

соседки, пристально уставились на гостя.

— А а, это друг то? Ну ну…

422

— Говорила же, — приедет. — Бесстрастно молвил котик. Потом, глянул на «иуду» — Че встал? Садись уж.

«Муж», виновато взял стул и подсел к шконке.

— Ну, как ты? Что случилось то?.. Яблоки вот привёз.

— Захворала немного… Разве, не заметно?

— А диагноз какой?

— Даже не знаю толком. Сказали, будто на нервной почве что то.

— Голова болит?

— Сил просто нет! И настроение плохое… Ни на чем, не могу сосредо

точится.

— Видать, невроз заработала!

— А благодаря кому?

— Прежде всего, — себе.

Лариса отвернула голову, чтобы скрыть слёзы. Но сдержалась.

— Пойдём лучше, ко мне на квартиру!

— Да кто отпустит — то? — я удивился.

— Здесь же Чернушка, деревня… Проблем не будет.

Девчонка, с трудом, встала и отправилась на пост к медсестре. Вскоре

вернулась.

— Всё нормально. Пошли. Счас только оденусь.

Ипод осуждающими взглядами женщин, мы покинули палату…

До дома в форме буквы «Г», всего то, было десять минут хода. А вот, и зна

комый подъезд и дверь в квартиру № 35… На «ёжика», разом, нахлынули

воспоминания. Сколько же пережито, выстрадано, вымучено здесь! Как, однако, страстно ревновал, бросал и возвращался снова!.. Но, в то же

время, счастлив был, беспечно радовался и смеялся, наивно полагая, что

Прекрасный Миг продлится вечно!.. Трагикомедия Любви! Издержки

глупой Молодости… И и эх, да что там говорить! Всё в прошлом, прош

лом… Н да, — в невозвратимом прошлом.

— Че призадумался то? Проходи, не стой! — вернул в реальность

клопик.

Зашли в многострадальный секс «вертеп».

Стех пор, как «фрэнд» покинул хату, ничего в ней, вроде, и не изменилось.

Просевшая тахта, диванчик в большой комнате, проигрыватель «Вега», вылизанный пол…

Когда то тут был Толик, потом уж я, затем Лариса в одиноком горе… Что

ж, в сущности, печальный факт, не требующий комментариев! Судьба

злодейка никогда не спросит, что ей нужно делать!..

423

— Так напугала телеграммой! — признался «муж». — Думал, что

непоправимое случилось!

— Может, присядешь рядом? — спросила «звёздочка» с кушетки.

— Потом присяду. Дак на хрена шугать то?

— Октябрина это выдумала… Адрес попросила.

— Чтоб ёжик понял, что сотворил с сестрёнкой, да?

— Знаешь, мне безралично как то. Мог бы, и не приезжать.

— Ладно… Лучше расскажи, что с котиком случилось.

евчонка тяжело вздохнула.

Д

— Переживала сильно… Разрывалась на две части…

— В смысле, между тем, чтоб перебраться в Пермь и своей гордостью?

— Вроде того… Не хотела больше унижаться! Да и родня не отпускала.

— Ну, а потом, значит, заболела?

— Понимаешь, я не просто плакала… Животный рёв, какой то, появился!

— …

— А поздней, физически почувствовала себя плохо. Вот, и госпитали

зировали.

«Фрэнд» нехотя проговорил:

— И всё же, нужно было ехать…

— Дак ты не любишь! Какой резон?.. Помнишь, о гороскопах говори

ли с год назад?

— Ну?

— Что «Бык» раздавит «Тигра», рано или поздно?

— Хочешь сказать, — прогноз осуществился?

— Конечно… А сколько, пришлось бегать за Хозяином? «Боготво

рить»? Неизменно возвращаться?

— На то Лариса и Слуга…

— Кроме всего, «Бык» причисляется к безжалостным знакам… Нет в

Вас, жалости, сударь! Убей, — нету!

— Ах, да перестань болтать! — «мужу» стало неловко.

— Тяжело что то… — клопик, утомлённо, закрыл глаза. — Совсем нерв

ничать нельзя. Пойду, прилягу…

— Поспи ка лучше! Время позднее.

— Завтра обратно в Пермь? Верно?

— Да, с утра. Сама ведь понимаешь, — работа!

— Я тебя и не держу… Поступай, как хочешь.

ольная, пошатываясь, перешла в другую комнату

Б

, на тахту. «Ёжик» же, как

обычно было, постелил себе на пол. Разделся и выключил свет…

Рано утром, он уехал из Чернушки навсегда.