Andrew - o c24ec28d571a6d65

принеся перо с чернильницей, сказала: «Давай».

- Ты уверена, что она за тобой не пойдет, там, в Львове? – озабоченно спросил Теодор.

Лиза отмахнулась. «Ей пятнадцать лет, начальник охраны ее попросту не выпустит из

комнат, что нам предоставляет воевода. И потом, я же быстро, - она улыбнулась, - зашла в

лавку и вышла, за мгновение обернусь, никто не заметит».

Он закрыл глаза и начал диктовать – медленно, размеренно.

- Хорошо, что я архитектор, - вдруг, смешливо, подумал мужчина, - все детали сразу

запоминаю. У Стефана пока с этим тяжело, он рассеянный, но ничего, позже придет. Линию

он чувствует так, как я, уже сейчас. Петр – тот, - Теодор даже улыбнулся, - конечно, кроме

сабли и коня, пока больше ничего не любит. Ну, избу выстроит, - впрочем, что это за

мужчина, который избы не срубит? - вот и все. Ничего, кому-то и воевать надо».

Он закончил и ласково посмотрел на жену, которая посыпала чернила песком. Лиза вдруг

встала, и, обняв его сзади, тихо спросила: «Тяжело тебе?».

Теодор усмехнулся.

- Ну, знал, на что шел. Конечно, я бы с большим удовольствием сейчас виллу где-нибудь в

Венето строил, но, сама видишь, получается, что я вряд ли скоро к этому вернусь. Жаль, - он

хмыкнул, и, поднеся ее нежную руку к губам, - поцеловал.

- Конечно, эту шваль, - он кивнул в сторону замка, - мы быстро разобьем, это я тебе обещаю.

Лиза все еще терлась щекой о его волосы. «У меня все сложено, - тихо сказала она, - как

только время настанет, скажи».

- Надо будет еще с царем этим новым познакомиться, - нехорошо улыбнулся Теодор, -

разузнать о нем больше.

- Я очень надеюсь, - он все еще улыбался, - что Годунов меня не станет с порога на плаху

отправлять, да ну впрочем, не дурак же он. Думаю, даже вотчины кое-какие вернет, так что, -

он все не отрывался от ее пальцев, - я тебя с мальчиками на Волгу отвезу, туда эти, - Теодор

сочно выругался, - не явятся.

- Ладно, - он поднялся, и вдруг – Лиза рассмеялась, - подхватил ее на руки. «Ну и легкая ты у

меня, - добродушно сказал мужчина, - нас кормишь, а сама не ешь ничего».

Жена шепнула ему что-то на ухо. Теодор подхватил ее удобнее и задумчиво ответил:

- А вот сегодня вечером и попробуешь, так просто я тебя во Львов не отпущу, не думай.

Только, - он внезапно улыбнулся, - не здесь. Приходи в студию после вечерни, я там камин

разожгу».

Лиза взяла его лицо в ладони и серьезно сказала: «Каждый раз уезжаю, и каждый раз боюсь

за тебя, Федя. И всегда бояться буду, пока это не закончится».

Муж все не опускал ее на пол. «Петр мне сказал, тебя этот Болотников тронуть пытался? –

мрачно спросил Теодор. «Ты почему мне не говорила?»

- Да он мне просто подняться помог, - отмахнулась Лиза, - я поскользнулась во дворе.

- В Москве, слава Богу, такого не будет, - Теодор поцеловал ее, - там ты у меня ногами

ходить не станешь, только в возке, и только с охраной. А этот мерзавец, если еще, хоть раз в

твою сторону посмотрит – я его сам убью. Ну, там, - рассмеявшись, добавил мужчина, кивнув

головой на восток.

- Ладно, - он вдохнул напоследок запах цветов, - беги, а я пойду, царицу московскую, - губы

Теодора презрительно искривились, - писать. Ты вот что, - он взглянул на жену, - как сегодня

в студию пойдешь, надень жемчуг, что я тебе прошлым годом подарил.

- Зачем? – удивленно спросила Лиза.

- Увидишь, - загадочно ответил муж.

В отсветах пламени ее кожа отливала перламутром. «Голову наклони, - велел Теодор. Он

сидел, положив на колени альбом и вдруг, взглянув на жену, спросил: «Не холодно?».

Обнаженная, тонкая рука, украшенная жемчужным браслетом, потянулась за серебряным

кубком, и Лиза, отпив вина, проведя кончиком языка по губам, тихо ответила: «Нет».

Теодор посмотрел на ее белоснежную, стройную спину и заставил себя вернуться к рисунку.

«Прямо на меня смотри, - приказал он. «Ну, ты видела эту Венеру синьора Тициана

Вечелли, копию, правда, – помнишь?».

Синие глаза засверкали огнем, и Лиза, ответила: «Помню». Он набросал контуры ожерелья,

и, потянувшись, не выпуская из рук карандаша, взял губами розовый, острый сосок.

- Пожалуйста, - тихо сказала жена, закинув руку за голову, рассыпав волосы по собольему

одеялу, что лежало на грубом, каменном полу студии.

- Я еще не закончил, - он вернулся к альбому. «Теперь пальцы опусти, как она. Покажи мне».

Лиза подчинилась.

- Хорошо, - кивнул Теодор. «Делай, что делала, - он усмехнулся.

Женщина застонала и попыталась раздвинуть ноги. «Нет уж, - он все улыбался, - это только