Andrew - o c24ec28d571a6d65

Степан подошел к окну и взглянул на тихий, темный двор усадьбы Кроу. «Я тебя попросить

хотел, - он помедлил, - съездим к ним вместе, ладно? В тот раз, как мы в Лондоне были,

Эстер одна туда ходила».

Он повернулся и добавил, увидев удивление в глазах сестры: «Я сына их убил, Марфа, хоть

и я – это я, - угол рта чуть дернулся, - но даже мне, иногда, бывает тяжело».

- Конечно, Степа, - ответила Марфа и стала накрывать на стол.

-Ты булочки ешь, - улыбнулась Марфа, наливая брату кофе, - это, оказывается, Мирьям

вчера испекла, так что тебе можно.

- Они вкусные, надо же, - удивленно сказал Степан. «Что, Питер, ушел на работу уже?»

- Да, он там завтракает, со всеми, а девчонки, - Марфа махнула рукой, - пока умоются, мы с

тобой и закончим уже. Так вот, с Федей и Лизой все хорошо, пока в Польше они, а потом в

Италию собираются, может, и к нам доедут. Я им отправила письмо, через дона Исаака,

младшая сестра Эстер твоей, оказывается, замужем в том же городе, где они живут.

Степан вспомнил высокую, черноволосую девочку с прозрачными, серыми, отцовскими

глазами, и тихо сказал: «Время-то как летит, я ее ребенком еще знал, когда мы на Святой

Земле были».

- А про Тео так ничего и неизвестно, пропала, - Марфа поджала губы и отвела взгляд куда-то

в сторону.

- Если бы ты тогда послала ее ко мне, в Лондон, этого бы не случилось, - сердито

проговорил Степан.

- Знаешь, я все-таки мать, - после долго молчания ответила сестра, - и я помню, Степа,

каким ты тогда был. Что, скажешь, принял бы ее дитя, как свое, и стал бы воспитывать?

- Тогда – нет, - тяжело вздохнув, ответил Степан.

- Ну вот, - Марфа налила себе еще кофе. «А сейчас – где ее искать? Сибирь, Степа, она

большая, и татары эти там еще, - женщина чуть поежилась. «Я уж и похоронила ее, Степа, а

все равно – иногда ночью просыпаюсь и кажется мне, что жива она – вот только где?».

Степан заметил одну, маленькую слезу, что блеснула в морщинке под зеленым глазом, и

нежно проговорил: «Помнишь же, от Писания сказано, Марфа - как непостижимы судьбы Его

и неисповедимы пути Его! Может, и найдется Тео.

- От Павла же это, - удивилась женщина, - можно тебе разве такое читать?

- А кто сказал, что я это читаю, - Степан поднял бровь, - я все Писание наизусть помню,

дорогая сестра, не могу же я из головы его выбросить, - он улыбнулся.

-А ты еще удивляешься, что Майкл в священники подался, - задумчиво сказала сестра,

убирая посуду. «На себя посмотри».

- Я не удивляюсь, - кисло ответил Ворон, - просто можно было это как-то по-людски сделать,

вот и все. Мне, между прочим, предлагали на Святой Земле остаться, дальше учиться, но уж

больно я море люблю, я бы не смог без него, - он встал и велел: «Все, корми девочек, и

пойдем, мне еще с нашим общим знакомым надо встретиться, и кое-куда съездить, по

делам, я потом вернусь с тобой, лошадь возьму, оттуда потом кто-нибудь пришлет ее.

- Откуда? – непонимающе спросила Марфа.

- Оттуда, - ответил брат и вышел.

Джон посмотрел на графа Ноттингема, что сидел напротив и поинтересовался: «Что это ты

так рано из деревни явился, тебе только на следующей неделе отплывать?»

Фрэнсис вздохнул и сказал: «Я приехал делать предложение».

- Надеюсь, не мне? – Джон распахнул окно и улыбнулся: «Если дожди не зарядят, нас ждет

отличная осень. Спасибо, что сказал мне, а то некоторые сначала венчаются, а потом уже, -

лет этак через десять, - об этом сообщают». Он постоял какое-то время спиной к Фрэнсису и

граф подумал: «Господи, сколько ж ему лет? Да, семьдесят в этом году, они же ровесники с

моим отцом покойным, воевали вместе, во Франции. А так – если не знать, лет пятьдесят

дашь, не больше».

- Прямо сейчас ты ее никуда не увезешь, - так и, разглядывая собор, заметил Джон.

Ноттингем, было, открыл рот, но разведчик, повернувшись к нему, устало опустился в

кресло: «Да видел я, как ты на нее смотрел, видел».

- Может, мне ее матушка еще откажет, - пробормотал мужчина, глядя на старую, пыльную

шпалеру, что висела на стене. «Это же времен короля Генриха еще, наверное, - он вдруг

поймал себя на том, что улыбается.

- Да не откажет тебе никто, на себя посмотри, - Джон усмехнулся. «Ты же у нас красавец, как

Испанец, во время оно. Да еще и с титулом, и с землями кое-какими. Только, дорогой мой

Франческо, не можешь ты вот так жениться, ты у нас уважаемый римский гражданин, надо

все это обставить, - разведчик подумал, - изящно.

- Придется вам, конечно, два раза венчаться, ну уж ладно. Я ее в следующем году отправлю