Andrew - o c24ec28d571a6d65

что не имеет значения, ваша светлость. Однако жаль, что я не увижу, как вы станете

сёгуном»

- Язык свой придержите, - буркнул даймё и хлопнул в ладоши.

Невысокий, смуглый, юноша – широкоплечий, с повязкой, что прикрывала глаз, неслышно

появился из-за шелковой ширмы. Изящное, черное с золотом кимоно, украшали силуэты

порхающих птиц, из-за пояса виднелись два меча.

- Мне оказана честь сэппуку? – красивые губы Масато чуть улыбнулись.

- Меня зовут Датэ Масамунэ, - сказал юноша, - я будущий даймё провинции Тохоку.

- Одноглазый Дракон, да – Масато посмотрел на него – внимательно. «Это же вы убили

родного брата и сами удалили себе раненый глаз?»

- Я, - согласился Датэ.

- Почему тогда «будущий»? – удивился Масато.

- Потому что ее еще надо завоевать. С вашей помощью, - Масамунэ протянул белокурому

юноше руку и тот, не колеблясь, пожал ее.

- Смотрите, - вдруг сказал Масато, взглянув в окно, - вишня расцвела.

- Пойдемте, - Датэ указал на дверь, - полюбуемся садом, поговорим.

Оставшись один, Токугава задумчиво потер подбородок и пробормотал: «Только того, кто

умеет ждать, можно назвать сильным. А этот, Масато, - даймё усмехнулся, - умеет, хотя и

молод».

Даймё вышел на деревянную, прохладную террасу и посмотрел на вишни – розовые, нежные

лепестки чуть трепетали под теплым ветром с запада.

Эпилог

Калифорния, лето 1590 года

Федосья, взяв за руку Марфушу, водила ее по мелкой, теплой воде. Девочка пошлепала

смуглыми ножками, и, подняв голову, спросила: «Данилка где?».

Женщина улыбнулась – дитя начало бойко болтать, как раз той осенью, когда их каяк уже

добрался до островов на восходе солнца. Арлунар вздохнув, погладил дочку по голове: «Ну,

пусть уж на твоем языке говорит, а как я тебя с сыном на юг провожу – так мы с ней

вернемся, и тут жить будем».

- Не опасно тебе здесь? – озабоченно спросила тогда Федосья.

- Нет, - шаман чуть улыбнулся. «Язык тут похож, но люди это не наши. Но люди хорошие,

сама, же видишь».

Федосья закрыла глаза и подставила лицо солнцу – тут было совсем тепло. Берег был

мелкого, белого песка, в отдалении, на холмах, поднимался сосновый лес, волны легко

шумели, и она ответила, присев, поцеловав девочку в мягкую щечку: «Охотятся с отцом

твоим, а мы давай ракушек соберем, хорошо?»

- Хорошо, - чуть картавя, ответил ребенок и добавил: «А потом купаться!»

- Какая ж ты красивая, - искренне сказала Федосья, когда они уже подошли к обросшим

ракушками камням.

Девочка была в мать – изящная, хрупкая, с длинными, мягкими черными волосами и

темными, миндалевидными глазами. Марфуша посопела носиком и вдруг сказала, подняв

голову: «Ты тоже, мама!»

Оставив сплетенную из травы сетку с ракушками на берегу, женщина пощекотала дитя и

сказала: «Водичка, какая хорошая, пойдем, поплещемся!»

-Вот так, - сказал Арлунар, положив руки ребенка на маленький лук. Данилка отбросил со

лба темно-русую, играющую бронзой прядь, и выпустил стрелу. Она вонзилась прямо в грубо

нарисованную углем на стволе мишень.

- Молодец, - улыбнулся шаман и велел, медленно подбирая слова: «Ну, беги, доставай, еще

постреляем. Птицы у нас на ужин есть уже, - он похлопал по висящей на плече связке.

- Какие тут деревья большие! – закинув голову, сказал Данилка. «В небеса уходят. Там мой

папа, - добавил ребенок, чуть погрустнев, - на небесах». Он вынул стрелу и повернулся к

шаману: «А почему ты не хочешь быть моим папой? Ты меня не любишь?»

- Люблю, - ответил Арлунар. «Но у тебя есть своя земля, а у меня – своя».

- Мне тут нравится, - хмыкнул Данилка, вдохнув запах нагретой солнцем хвои. «Давай

останемся»

- Ты поплывешь со своей мамой на закат, у тебя там большая семья, - улыбнулся шаман, - а

я с Миа вернусь туда, - он махнул рукой на север.

-А у меня еще будет отец? – серьезно спросил ребенок, натягивая тетиву.

-Конечно, - уверил его Арлунар и, увидев, как колеблется оперение, ласково проговорил: «Ты

удивительно меткий мальчик, станешь отличным охотником».

Данилка покраснел и пробурчал: «Я смогу и лучше, как вырасту».

Корабль, распустив паруса под легким южным ветром, медленно дрейфовал в виду берегов.

- Скучно тут, - хмыкнул кто-то из команды, прищурившись, рассматривая белую, далекую

полоску. «Песок и сосны, больше ничего нет. И людей мы с Мексики не видели, в горах

прячутся, наверное. Однако интересно, что там, на севере».

- Мы продвинулись дальше, чем экспедиция Кабрильо, почти полвека назад, - хмыкнул