Дима - ПОНЕДЕЛЬНИК

развороченное бюро. Ты внутренне сжимаешься, как пружина – все мышцы напряжены,

дыхание затаено – если Адель обо всем догадается и поднимет крик, необходимо мгновенно

сбежать из гостиницы, либо броситься на девушку и заставить ее молчать. Но твои опасения

преждевременны. Адель Семенова очень внимательно изучает беспорядок в номере, но

выражение ее лица при этом не меняется, и совсем не похоже, что она испытывает волнение

или страх – наоборот, все такая же довольная. «Может, идиотка?» – предполагаешь ты. Да и

речи ее кажутся тебе странными. Либо шоковое состояние еще не прошло, либо болтлива от

природы. Однако, как оказывается, в запасе у этой девицы с осиной талией есть еще

несколько сюрпризов, и она с готовностью ими делится.

Адель смотрит на тебя, улыбаясь, но неожиданно в ее добрых, карих глазах появляется

хитрый блеск, и, как ни в чем не бывало, она сообщает:

- Я уже искала. Но, увы, все свои сбережения Сысой хранит в банке, и тут поживиться

совершенно нечем.

Это заявление сбивает тебя с толку, и в растерянности ты медленно встаешь с кровати,

будто бы не зная, куда себя деть.

- Прошу вас останьтесь! – так же неожиданно молит Адель, подавшись вперед и

протягивая к тебе свободную руку. – Не уходите, я не хотела вас напугать или обидеть.

Немедленно сядьте обратно!

Ты подчиняешься.

- И впредь не перечьте мне, - Адель избирает шутливо-повелительный тон, а взгляд ее по-

прежнему нежен – это и настораживает тебя, и греет. – Конечно, я все вижу, - продолжает

девушка, – я не так глупа, как могу показаться со стороны. Да, впрочем, и дурак поймет, что

в этом номере устроили кавардак. Но я совершенно ни в чем вас не обвиняю! Усвойте раз и

навсегда – я страшно благодарна вам за то, что вы спасли мне жизнь, и попросту не могу

причинить вам какой-нибудь вред. Я не в силах… Ну, что? Мы – друзья? – Адель по-детски

протягивает тебе руку с оттопыренным мизинцем.

- Типа того, - отвечаешь ты неохотно и брезгливо цепляешься за ее палец.

- Вот и славно. А теперь доверьтесь мне и расскажите подробно, как и зачем вы попали в

номер Сысоя? Возможно, я смогу вам чем-нибудь помочь.

Ты молчишь, но Адель сама не дает тебе заговорить. Она протестующе машет рукой и,

слегка краснея, просит:

- Прежде чем вы начнете говорить, позвольте я вас… переодену.

Естественно, за время, проведенное в гостиничном номере, твои джинсы не стали

пахнуть лучше.

53

- Прошу прощения! – упрашивает девушка. – Не обижайтесь. Я ведь не знаю, через что

вам пришлось пройти, и поэтому не смею осуждать. Но я уверена, и вам, и мне будет легче

общаться, если вы переоденетесь во что-нибудь другое.

Адель не стерпит возражений. Она встает с кровати и уверенно направляется к стенному

шкафу, чтобы найти тебе подходящую одежду. Ты же, воспользовавшись моментом,

решаешь выкрасть пистолет из прикроватной тумбочки. Это малодушный поступок, но

необходимо обезопасить себя на случай, если девушка поднимет тревогу: угрожая оружием,

ты заставишь ее молчать и подчиняться твоим приказам. Однако исполнить задуманное тебе

все-таки не удается, ты просто не успеваешь, а Адель возвращается в комнату с мужским

костюмом на вешалке.

- Другого нет, - объясняет девушка. – Я купила этот костюм в подарок Сысою, но он

надевал его только один раз. После всего случившегося я считаю себя в праве отдать эту

вещь, кому мне вздумается.

С виду костюм очень дорогой, из качественной темно-синей ткани, на ощупь – мягкий.

Затем Адель подносит тебе нежно голубую сорочку и зачем-то галстук – широкий, в синюю

и темно-красную полоску диагоналями – а также свежее нижнее белье. Ты хочешь

отказаться, тебе неудобно, но Адель, нахмурив брови, указывает в сторону ванной комнаты и

хладнокровно повелевает:

- Немедленно идите переодеваться. Моя «Шанель» в сочетании с вашим ультрамодными

духами – смесь не для слабонервных. И еще в коридорном шкафу много хорошей обуви,

выбирайте, – если не подойдет размер Сысоя, можете примерить мои ботики.

Ты подчиняешься. Быстрее и охотнее, чем, наверное, полагается. Но Адель довольна и

даже шутливо машет тебе вслед. В ванной ты стремительно избавляешься от провонявшего

мочой и потом тряпья и благоговейно погружаешься в хрустяще-свежие, благородные ткани.

Как ни удивительно, костюм оказывается по твоей фигуре – разве что в плечах слегка