Unknown - Ким Померанец

Первый период существования Петербурга, почти весь XVIII в., отмечен восхвалением города, утверждением его особенного значения. Негативные стороны жизни новой столицы не получали литературного отражения. Об изменчивой петербургской погоде и наводнениях, в частности, старались не говорить. Причем такое отношение к городу было весьма искренним, оптимизм и надежды на удачную судьбу преобладали.

Первое поэтическое упоминание о реальном наводнении принадлежит, согласно мнению литературоведов, Г.Р. Державину и относится к катастрофическому случаю 10 сентября 1777 г.

Там бурны дышат непогоды, Горам подобно гонят воды И с пеною песок мутят. Петрополь сосны осеняли, —

Но, вихрем пораженны, пали, Теперь корнями вверх лежат.

Это строки из оды «К первому соседу», опубликованной в 1780 г. [109 - Державин Г.Р. Соч. Л., 1987. С. 101—102.]. Как видим, здесь нет ничего о разрушениях, об ущербе жителям, тем более о жертвах. Романтический образ города воспевали и В.К. Тредиаковский, М.В. Ломоносов, А.П. Сумароков.

Об этом же наводнении говорится в заключительной части трилогии «Радищев» О.Д. Форш: «Нева кинулась из берегов, затопила все части города, кроме высоко лежащих Выборгской и Литейной... Мимо Зимнего дворца через каменную мостовую переплыл купеческий корабль, другой корабль, из Любека, груженный яблоками, занесло на десять саженей в лес, на Васильевский остров. Теми яблоками угощали всех, кто случился, задаром. Неустанно работали по случаю наводнения вновь учрежденные сигналы из подзорного дома для Коломны, а с Галерной гавани не переставая палили пушки для Васильевского острова. Барабанщики били в барабаны» [110 - Форш О.Д. Радищев.

Петрозаводск, 1989. С. 260.]. Писательница заимствовала исторические факты и свидетельства очевидцев первого потопа в истории города.

В начале XIX в. восторженное отношение к Петербургу постепенно уходит. Но и время отрицательного восприятия молодой столицы еще не наступило. Скорее общее восхищение сменилось личностными симпатиями к городу, который воспринимается как источник вдохновения и духовный объект. Такие настроения выражены в произведениях К.Н. Батюшкова, П.А. Вяземского, Е.А. Баратынского. Упоминания о наводнениях не встречаются. Но в 1820-е гг. будущие декабристы высказывают явное недовольство Петербургом. А вскоре и А.С. Пушкин отметит его двойственность - «пышный», но и «бедный, дух неволи», и особенности его погоды - «Свод небес зелено-бледный... холод...».

Вершиной поэтического описания города, непревзойденным шедевром, навсегда прославившим Петербург, стала поэма Пушкина «Медный всадник». Ее многоплановость, глубокий философский и социальный смысл отмечены всеми исследователями литературы. Но в ней есть и тонкие наблюдения за природными явлениями, удивительное, близкое к современному, понимание их причин и развития. Не существует, на наш взгляд, более художественной и вместе с тем точной, краткой, простой, наглядной, глубоко научной по существу картины стихийного гидрометеорологического бедствия. [111-Померанец К.С. «Медный всадник» и наука о погоде // Нева. 2000. № 6. С. 253—255.]

После вступления - гимна нашему городу - начальные строки первой части «Медного всадника» дают климатический фон надвигающегося наводнения:

Над омраченным Петроградом Дышал ноябрь осенним хладом.

Затем показаны стадии развития явления. Еще Н.П. Анциферов отметил: «Наводнение дано в трех моментах.

...Нева всю ночь

Рвалася к морю против бури...

Нева вздувалась и ревела, Котлом клокоча и клубясь, И вдруг, как зверь остервенясь, На город кинулась.

Далее дан город во власти затопившей его реки:

Стояли стогны озерами, И в них широкими реками Вливались улицы...

Торжество стихийных сил длилось недолго: Утра луч...

.. .не нашел уже следов Беды вчерашней...»

«Три момента» развития стихийного бедствия в поэме, на которые обратил внимание Анциферов - отдадим ему должное, есть не что иное, как три стадии развития циклона и наводнения в современном научном представлении. Пушкин показал их подробно и точно, проникнув в самую суть явления. Вот первая стадия, примерно за двенадцать часов до пика наводнения (в случае наводнения 1824 г. - 6 ноября вечером:)

Уж было поздно и темно;

Сердито бился дождь в окно,

И ветер дул, печально воя.

...погода

Не унималась... река

Все прибывала...

Через шесть- девять часов после такого состояния, когда циклон достиг стадии полного развития, подъем воды продолжался, вызывая интерес у неискушенной публики, не предупрежденной об опасности: