Unknown - ХЕЛЕН СИНГЕР КАПЛАН

сопротивляемости звеньев, то где наиболее слабые места этой цепи, в которых она

может быть разорвана? Ответ на э тот вопрос снова приводит нас к коренным

проблемам психотерапии и лечебной педагогики. Вторичные образования оказываются

наиболее слабыми звеньями цепи, они в первую очередь поддаются воздействию.

В виде общего правила можно сказать: чем дальше отстоит синдром с точки

зрения своего возникновения и места, занимаемого им в структуре, от

первопричины, от самого дефекта, тем легче он при прочих равных условиях может

быть устранен с помощью психотер апевтических и лечебно-педагогических приемов.

Обратимся к примерам. До последнего времени считалось, что психотерапевтическому

воздействию поддаются только психогенные заболевания. И это действительно так,

если под лечением подразумевать исключительно причинную терапию, т. е. такую,

которая устраняет причину заболевания. В этом случае совершенно ясно: что

причинная психотерапия, т. е. лечение, устраняющее причина заболевания, возможна

только там, где сама причина является психологическим образова нием. Поэтому

психоневроз, психогенное реактивное состояние могут быть излечены

психотерапевтическим путем, но бредовое состояние тифозного больного или

расстройство мышления при афазии, конечно, психотерапевтическим путем излечены

быть не могут.

Однако в основе этого взгляда лежит та ошибочная мысль, что всякая терапия

есть обязательно причинная терапия и что другие формы лечения, например

симптоматическое лечение и лечение, возбуждающее и укрепляющее силы самого

организма для борьбы с болезн ью, должны быть вовсе заброшены. На самом деле это

не так ни в приложении к теории и практике современной медицины, ни, тем более,

в приложении к проблеме воспитания. Здесь в проблеме развития наибольшее

значение приобретает динамическое сцепление при чин, здесь причина отстоит от ее

последствий часто настолько далеко и настолько отличается от них, что применять

эту идею к проблеме лечебной педагогики значит лишать лечебную педагогику по

крайней мере 9/10 тех областей, в которых она с успехом приложила.

В последнее время Кречмер выступил с прекрасной статьей, посвященной проблеме

терапии шизофрении и пограничных с ней состояний. Кстати сказать, у этого

замечательного психопатолога современности ясно намечаются два различных русла в

работах: с одной стороны, русло статического конституционального исследования, с

другой - русло динамики развития в понимании и изучении психопатологических

состояний. Думается, что эти два русла кречмеровского учения и должны быть нами

использованы в первую очередь.

В частности, для нас представляет чрезвычайный интерес методологическая

основа той системы психотерапии, которую намечает Кречмер для шизофрении. Эта

психотерапия должна исходить из того факта, что одна из существенных причин

указанной группы забол евания лежит в наследственных задатках. Болезнь протекает

с телесными изменениями и может привести к смерти, в тяжелых случаях приводит к

длительным дефектам, которые не поддаются даже сильнейшему воздействию

психотерапии. Отрицать это - значит ста ть жертвой некритического

психотерапевтического оптимизма. Устранить широчайшие корни шизофрении может

только телесная конституциональная терапия. Принципиально это вполне возможно,

потому что конституция - это не фатум, но биологическая игра сил, в которую

можно вмешаться, если знать ее внутреннюю динамику. Эндогенный характер еще не

означает фатума, но этот антибиологический фатализм в течение многих лет

парализовал психотерапевтическое мышление. Он мешал исчерпать возможности

психотерапии и за ставлял видеть органический дефект там, где были психогенные

арабески, выросшие на почве скудного процесса.

Заслуга Э. Блейера и К.Г. Юнга в том, что они распознали эту сложную

психическую реактивную надстройку над основными симптомами шизофрении. Но

следует ли из факта признания органической причины шизофрении, что

психотерапевтическое воздействие при этой болезни не имеет никакого значения?

Так прежде думали, но это совершенно ложное и научно несостоятельное мнение. Мы

не должны бездеятельно жалеть шизофрена, но по окончании острого сдвига обязаны

на основе данного состояния сейчас же формировать нечто новое, ибо практически