User - i dfee46a8588517f8

Осевая линия и конечный смысл происходивших в годы пер­вой мировой войны событий и процессов в стране, закономерно завершившихся Февральской революцией, свергнувшей самодер­жавие и установившей республику, исключительно точно раскры­ваются В. И. Лениным в слове «репетиция». «Эта восьмиднев­ная революция,— писал он,— была, если позволительно так мета­форически выразиться, „разыграна" точно после десятка главных и второстепенных репетиций, „актеры" знали друг друга, свои ро­ли, свои места, свою обстановку вдоль и поперек, насквозь, до всякого сколько-нибудь значительного оттенка политических направлений и приемов действия» 19. Говоря об «актерах»,

В. И. Ленин, конечно, имел в виду политические партии и орга­низации трех боровшихся в России лагерей: правого, либераль­ного и революционно-демократического, и в первую очередь борьбу контрреволюции, к которой принадлежали две первые силы, с ре­волюцией.

Настоящее исследование, продолжая предшествующие работы автора, посвящено исключительно «актерам», занимавшим пра­вую часть исторической сцены,— царизму и его социальной опоре, на последнем, заключительном этапе их существования. В этой связи основные усилия будут направлены не на описание собы­тий, а на выявление закономерностей и взаимосвязей, обуслов-

ливавших их ход и сцепление, и прежде всего на поиски меха­низмов разрушения самодержавия как политического института, определенной социально-политической системы. Система — вот то слово, которое наиболее точно и полно выражает указанный замысел, представляющий собой попытку взглянуть на царизм не как на однообразный по составу и окраске монолит, а как на сложно взаимодействующую систему его основных составляю­щих, для которых было характерно не только органическое един­ство, но и определенные противоречия, которые в экстремальных условиях, как это и случилось, могли принять весьма острые формы и тем самым стать одним из важных механизмов ее разрушения и гибели.

Переход от исследования на макроуровне к изучению на микроуровне есть всеобщий закон развития науки. Исторической науке до результатов, достигнутых в этом направлении естест­венными науками, еще, к сожалению, далеко. Но начало этому пути положено и здесь. Был, в частности, в советской историо­графии период, когда царизм и буржуазию рассматривали как единое целое. Потом был сделан очень важный шаг вперед — господствующей стала ленинская концепция трех лагерей. На этой теоретической основе создано немало ценных исследований.

Теперь настало время сделать следующий шаг, определяемый отнюдь не субъективными пристрастиями и вкусами, а объектив­ной потребностью исторической науки, достигнутым ею уровнем развития. Поставленная задача, равно как и состояние литера­туры по этому вопросу, строго лимитирует и отбор объектов ис­следования Все внимание сосредоточивается на изучении собст­венно царизма.

Царизм как социально-политическая система в последнее де­сятилетие своего существования представлял собой единство че­тырех основных составляющих: собственно царизма, т. е. верхов­ной власти, официального правительства, поместного дворянства и третьеиюньской Думы, которую В. И. Ленин определял также как особую политическую систему. Разумеется, имелись и.другие весьма важные элементы этой системы, такие, как армия, церковь, чиновничий аппарат, полиция, однако мы оставляем их в стороне, поскольку целью исследования является изучение царизма именно в социально-политическом плане, начиная от носителя верховной власти и его непосредственного окружения в лице камарильи и кончая социальной опорой режима.

Такой подход позволил установить, что связи между ука­занными составными частями были достаточно сложны и в опре­деленных границах противоречивы. Это было обусловлено самой природой российского абсолютизма, длительной исторической тра­дицией, несовпадением групповых и иных интересов и некото­рыми другими факторами. Тем не менее определяющим моментом было именно единство, и смысл процесса разложения царизма как раз и состоял в разрушении этого единства, которое каза­лось нерасторжимым, в эрозии прочнейших связей, в деформации

механизмов взаимодействия. Конечным результатом этого про­цесса была полная потеря политической ориентации, умения оценить обстановку как режимом в целом, так и всеми звень­ями системы.

Что касается четвертой основной составляющей — третье­июньской системы, то ее специфика (выражавшаяся в том, что она представляла собой не царизм как таковой, а его союз с поме­щиками и верхами буржуазии и выступала в форме выборного законодательного учреждения), с одной стороны, и огромность материала — с другой, не позволяющего уложиться в рамки одной монографии, заставили автора сделать ее объектом самостоятель­ного исследования, которое, имея в виду сказанное выше, надо рассматривать также и как неотъемлемую составную часть иссле­дуемой в данной монографии темы 20.