Джек Вэнс - Мэдук

«Значит, вопрос решен всеобщим голосованием!» — сделал вывод Филемон.

«По дороге зашагает веселый отряд закадычных друзей, — нарас- пев подхватила Коркас. — Даже несмотря на то, что вы едете на двух прекрасных лошадях, тогда как нам приходится шлепать на своих двоих — или, в случае несчастного коротышки Микелауса, даже не шлепать, а семенить и бежать вприпрыжку. Наберись терпения, Мике- лаус! В один прекрасный день удача тебе улыбнется и наградит за труды праведные».

«Йи арум боско».

Вся группа двинулась вперед по дороге: сэр Пом-Пом на сивом Фустисе, за ним Мэдук на Джуно — Филемон и леди Коркас без труда поспевали за медленно шагающими лошадьми, и даже Микелаус, де- лавший короткие перебежки, а затем останавливавшийся, чтобы пере- дохнуть, отставал не больше, чем на несколько шагов.

Колея поднималась на холмы и спускалась в долины; по сторонам тянулись живые изгороди боярышника и низкие ограды из поросшего мхом плитняка, а за ними — виноградники и фруктовые сады, поля, засеянные ячменем, заливные луга, пестрящие цветами; углубляясь в тень пролесков, дорога снова выныривала на залитый солнечным све- том простор.

Часа через два леди Коркас неожиданно издала сдавленный крик, схватилась за грудь, упала на колени и осталась в таком положении, тихонько всхлипывая. Филемон немедленно бросился ей на помощь: «Дорогая Коркас, что с тобой опять? Снова приступ?»

Коркас смогла, наконец, говорить: «Боюсь, что так. К счастью, в этот раз все не так серьезно, снадобье мне не потребуется. И все же, мне нужно немного отдохнуть. Вы ступайте с Микелаусом в Орущий Ряд без меня и приготовьте все к представлению. А когда мне станет лучше, я как-нибудь доберусь туда потихоньку; в конце концов, если соблаговолит судьба, успею придти вовремя и снова буду бегать и прыгать, как новенькая».

«Немыслимо! — возмущенно заявил Филемон. — Уверен, что можно найти какой-нибудь другой выход. Давай посоветуемся с на- шими друзьями». Он повернулся к сэру Пом-Пому: «Как вы думаете?»

«Не возьмусь что-нибудь советовать».

Филемон ударил кулаком правой руки по ладони левой: «Приду- мал!» Акробат обратился к Мэдук: «Может быть, вы будете так добры и позволите леди Коркас доехать до Орущего Ряда на вашей кобыле? Здесь уже недалеко».

Помрачневшая Мэдук спешилась: «Могу, конечно, немного про- гуляться — мне это не повредит».

«Благодарю вас от всего сердца!» — воскликнула Коркас. C завидным проворством она подбежала к Джуно и мигом вскочила в седло: «А! Мне уже лучше! Филемон, не спеть ли нам заводную по- ходную песенку, чтобы поднять настроение?»

«Разумеется, дорогая! Какая тебе больше нравится?»

«Песня трех веселых бродяг, конечно!»

«Хорошо!» — Филемон захлопал в ладоши, чтобы задать ритм, и его слегка надорванный баритон слился в едином порыве с довольно- таки пронзительным сопрано леди Коркас:

«Судьба с нами горькую шутку сыграла:

Живем как попало, грошей у нас мало,

Порой голодаем и спим под дождем —

И все ж веселее баронов живем!»

Притопывая, Микелаус прогудел припев:

«Сигмо часка йи-йи-йи,

Вармус-вармус оглеторп».

«Одна есть надежда у нищего братства:

Нам где-то когда-то привалит богатство —

Но тот, кто не ищет, его не найдет,

Нельзя сомневаться, что нам повезет!»

Микелаус прохрюкал припев:

«Поксин мовгар йи-йи-йи,

Вилиш хой казинга».

«В бескрайние дали под небом просторным Брести суждено босякам непокорным:

Мы мимо обыденной жизни прошли —

За то проходимцами нас нарекли!»

Микелаус гнусаво завершил:

«В ар му с той г ал йи-йи-йи,

Тинкиш вумбат нип».

Супруги-акробаты прогорланили еще шестнадцать строф баллады, и на каждую Микелаус отзывался сзади хриплым рефреном.

Они принялись петь другие песни, причем с такой бодростью, что Мэдук в конце концов догнала леди Коркас и сказала ей: «Судя по всему, вы прекрасно себя чувствуете».

«В какой-то мере, дорогая! Но уже вечереет, и теперь мне пора принять снадобье, чтобы не случилось другого приступа. Кажется, оно было у меня где-то под рукой». Коркас порылась в поясной сумке, по- еле чего испуганно воскликнула: «Какой ужас!»

«Что случилось, дорогая?» — обеспокоился Филемон.

«Я оставила снадобье там, где мы варили суп! Прекрасно помню, что положила пакетик с порошком между корнями старого вяза!»

«Что же теперь делать? Без порошка ночью тебе станет плохо, ты до утра не доживешь!»