Джек Вэнс - Мэдук

«Ты не купишь даже семечек, пока мы не сведем счеты. Покажи свой запас».

«Вы ставите меня в неудобное положение! — разъярился сэр Пом- Пом. — Теперь торговец ножами станет меня презирать!»

«Какое мне дело? Вынимай так называемый запас!»

«Но послушайте! Я лучше сумею распорядиться деньгами — это же совершенно очевидно! Я старше вас и не поддаюсь случайным ка- призам и причудам. Кроме того, иметь при себе оружие предусмотри- тельно. Никакой грабитель к нам не пристанет, если увидит у меня на поясе острый кинжал. Поэтому хранение денег и планирование расхо- дов следует поручить мне».

«Рассуждать ты умеешь, — сказала Мэдук. — Но чего стоят эти рассуждения? Деньги-то мои, а не твои».

Сэр Пом-Пом гневно протянул ей пригоршню серебряных и мед- ных монет: «Ну и забирайте свои деньги!»

Что-то в жестикуляции помощника конюшего снова вызвало у Мэдук подозрения: «Отдавай остаток».

Сэр Пом-Пом неохотно расстался еще с несколькими монетами.

«Это все? — спросила Мэдук. — Не обманывай!»

Приунывший помощник конюшего раскрыл ладонь с лежавшими на ней серебряным флорином и несколькими медными грошами: «Это на черный день. Нужно же, чтобы хоть какие-то деньги остались в безопасности!»

«И больше ты ничего не взял?»

«Ничего! Будь они прокляты, эти деньги!»

«Заморский кинжал тебе ни к чему. Он слишком дорого стоит».

«Не слишком, если заплатить за него вашими деньгами».

Мэдук пропустила это замечание мимо ушей: «Пошли! Пора ехать!»

«Я проголодался, — ворчал Пом-Пом. — Мы могли бы закусить пирожками со свининой. И я хочу еще посмотреть на паяцев. Смотри- те, что они выделывают! Снова подбрасывают Микелауса в воздух, и он падает — но в последний момент акробат ловит его сетью. Разве не смешно?»

«Пойдем, сэр Пом-Пом! Так и быть, я куплю тебе пирожок со сви- ниной — и поехали! Джуно умеет двигаться только шагом — если мы хотим уехать далеко, нам придется ехать долго».

Сэр Пом-Пом капризно нахлобучил на лоб козырек кепки: «Дело идет к вечеру! Лучше переночевать на одном из здешних постоялых дворов. И у нас еще останется время побродить по ярмарке».

«Думаю, что в здешних заведениях не осталось свободных мест. Поехали!»

«Вы не знаете, о чем говорите! Следующий городок в десяти ми- лях отсюда, мы не успеем туда доехать до наступления ночи — и опять же, там может не оказаться свободных мест».

«В таком случае придется ночевать под открытым небом. Разве мы не бродяги?»

Сэр Пом-Пом не нашел, что на это ответить. Они выехали из Глу- хой Лощины. Когда солнце уже начинало приближаться к западному горизонту, они свернули с колеи и проехали полмили по лугу к не- большой рощице у ручья. Там сэр Пом-Пом развел костер и стреножил лошадей, а Мэдук поджарила бекон и нарезала хлеб с сыром, после чего они подкрепились.

Мэдук сняла чепец; Пом-Пом разглядывал ее в дрожащем свете пламени: «Сегодня вы по-другому выглядите. Ага, понятно! Вы под- стригли волосы».

«Как еще я могла бы их спрятать?»

«Теперь вы еще больше похожи на фею».

Мэдук сидела, обняв колени и глядя в огонь. Она тоскливо заме- тила: «Это всего лишь видимость. Каждый день человеческая кровь во мне становится все горячее. Так бывает со всеми, кто покидает оби- тель эльфов и живет среди людей».

«А если бы вы остались в обители — что тогда?»

Мэдук еще теснее обняла колени: «Не знаю, что бы тогда со мной стало. Я полукровка — феи могли бы надо мной жестоко подшутить, а потом выгнали бы меня, так или иначе».

«Но люди смертны, а феи вечно играют и танцуют».

«Не совсем так, — покачала головой Мэдук. — Эльфы и феи тоже умирают. Иногда они поют печальные песни при лунном свете и рас- творяются в воздухе от неизбывной скорби! Иногда они топятся от неразделенной любви. Эльфа может искусать до смерти рой разъярен- ных пчел. Кроме того, фей ловят и убивают тролли. Они растирают кости фей в порошок и делают из него приправу для соусов и рагу».

Сэр Пом-Пом зевнул и протянул ноги к костру: «Такая жизнь не по мне, в любом случае».

«Я тоже не смогу так жить, — отозвалась Мэдук. — Я уже слиш- ком привыкла к людям!»

Утром яркое солнце вставало в безоблачном небе, и скоро стало тепло. Через пару часов им повстречалась река, и Мэдук почувствова- ла непреодолимое желание выкупаться. Она оставила сэра Пом-Пома присматривать за лошадьми и пробралась через заросли ольхи к краю воды. Здесь она разделась и бросилась в воду, ныряя, плескаясь и на- слаждаясь освежающей прохладой. Обернувшись к берегу, она заме- тила, что сэр Пом-Пом за ней подглядывает — его физиономия не со- всем скрывалась за густой листвой.