Амадо Эрнандес - Хищные птицы

— Меня очень радует, что ты ищешь правильный подход к этим проблемам. — Улыбка заиграла на устах старика. — Вчера был заложен фундамент настоящего, а наше дело заложить фундамент будущего. Дух героев прошлого жив в сердцах тех, кому дорого настоящее нашей родины, поэтому то, Что ты делаешь сегодня, послужит вдохновляющим примером для будущих поколений.

Уже перед самым отъездом Мандо долго беседовал с доктором Сабио, своим бывшим учителем, к которому испытывал большое уважение. Доктор Сабио был не только юристом и социологом, он с неослабевающим интересом изучал самые разнообразные факты древней и новой истории Филиппин и их ближайших соседей. Старый профессор не догадывался об истинных источниках неожиданного богатства Мандо, думал, что он получил его от Тата Матьяса, поскольку у того не было ни детей, ни других родственников.

В свое время доктор Сабио побывал в большинстве стран и городов, куда собирался Мандо. Он обладал обширными познаниями в области сельскохозяйственной кооперации в странах Восточной Европы, знал о кооперативном движении в скандинавских странах. Еще в годы войны он неоднократно говорил Мандо, что больше всего на свете Филиппины нуждаются в свете разума, что стране в целом и каждому человеку в отдельности так же необходимы знания, как необходимо физическое здоровье. Именно тогда у них и родилась мысль о создании Университета Свободы.

— Мне кажется, доктор, после войны нашей стране понадобится такое правительство, которое бы не только рассуждало, но и действовало.

— Да, здесь нужен Рисаль и Бонифасио в одном лице, — согласился доктор Сабио.

Теперь они живо припоминали во всех деталях те беседы далеких военных лет. Доктор Сабио одобрил программу поездки Мандо, считая, что молодому человеку будет очень полезно позаимствовать опыт других народов.

— А я прежде всего желаю тебе вернуться из путешествия целым и невредимым.

— Уж об этом не беспокойтесь, — улыбнулся Мандо.

— Вот и прекрасно. — И в дополнение к советам он снабдил Мандо рекомендательными письмами к своим друзьям в зарубежных университетах, в культурных и научных обществах. Напоследок ученик и учитель еще поговорили относительно того, каким должен быть Университет Свободы.

— Большинство университетов — это огромные комбинаты, производящие специалистов, которые в конечном счете служат целям укрепления капиталистического общества. Мы же создадим настоящую кузницу молодых патриотических кадров, которые будут на благо родины трудиться во всех областях науки и техники. Нам нужен новый тип политического лидера, новый тип ученого, — мечтательно заключил доктор Сабио.

— Да, нужно лишить образование коммерческой основы, — поддержал его Мандо.

— Вот именно. Уже полвека мы тратим средства и время на бесконечно устаревшую систему образования, в которой к тому же хозяйничают американцы. А каков результат? Кругом полным-полно специалистов с высшим образованием, которые не могут заработать себе на жизнь. Разве ты не встречал учителей, торгующих на панели чем попало? А адвокатов, работающих простыми, полицейскими, или зубных врачей — посыльными? И таких тысячи. Тысячи, подумай только, Мандо, что это значит для такой маленькой страны, как Филиппины. Страна фермеров и рыболовов предпочтительнее страны клерков и посыльных.

Мандо подробно рассказал об этой беседе своему приемному отцу.

— Ты правильно поступил, поговорив с таким умным человеком, хотя было бы еще лучше, если бы он смог поехать вместе с тобой, — посоветовал Тата Матьяс.

— У меня много причин стремиться к одиночеству в этой поездке. Подумай сам, отец, ведь мы же не можем ему всего рассказать, а ехать вдвоем и все время таиться и скрывать что-то было бы несправедливо по отношению к нему.

— Ну хорошо, — согласился старик, — коли так, отправляйся один, да возвращайся поскорее: тебя здесь ждет много дел. Помнишь первое путешествие Крисостомо Ибарры из романа «Не прикасайся ко мне»? Он вернулся образованным человеком, исполненным новых надежд и чистой веры. Но его вскоре вынудили бежать из страны, как преступника. Его второе возвращение, уже в облике Симоуна, было иным. Теперь он преследовал лишь одну цель — отомстить тому, кто загубил его будущее. — С этими словами старик взял со столика «Флибустьеров» и попросил Мандо прочитать предсмертную исповедь Симоуна. Молодой человек отыскал нужную страницу:

— «Да, я заблуждался, — читал он, — но неужели из-за моих заблуждений ваш бог откажет в свободе целому народу и дарует спасение людям, куда более преступным, чем я? И так ли велико мое заблуждение рядом со злодействами наших правителей? Почему мои проступки должны в глазах бога перевесить стенания тысяч невинных? Почему он, поразив меня, не желает ниспослать победу народу нашему? Он не хочет прекратить страдания людей достойных и праведных, равнодушно взирает на их муки. Потому я и старался их ожесточить?..»