Лесли Уоллер - Банкир

Ее широкие брови болезненно наморщились.– Ох, это ужасно вести такой ограниченный образ жизни,– проговорила она.

Палмер пожал плечами:– Да, если под словом 'ограниченный' вы подразумеваете дисциплинированный.

– Дисциплинированный? Неужели это звучит сколько-нибудь лучше? – Она покачала головой:– Нет, по-моему, такая жизнь уныла, беспросветна, холодна. Без событий, без волнений.

– Зато и без неразрешимых проблем и кризисов.

– Вот видите? Это же вообще не жизнь, а прелюдия смерти.

– Вздор.

– А что такое жизнь? Проблемы, трудности, и вдруг встречаешь на своем пути что-то прекрасное, и тебе хочется это получить. Ты исполняешь свое желание, а расплачиваешься потом.

– О чьей это жизни мы сейчас говорим? – поинтересовался Палмер.

Она снова нахмурилась:– Да-а. Вы правы. Не все хотят так жить. Я забыла об этом.

И оба они замолчали. Заметив вдруг свои поднятые ладони, Палмер поспешил их опустить, ощутил прохладную поверхность стола и с удивлением почувствовал, что ладони у него влажные.

– Во всяком случае,– заговорил он снова,– чью бы жизнь мы тут ни обсуждали, философия эта все-таки моя.

Глаза мисс Клэри раскрылись еще шире, казалось, она пытается сделать глубокий вдох.

– Вы уж меня извините, но это философия человека, который никогда не испытывал недостатка в деньгах,– проговорила она.

Несколько мгновений Палмер сидел неподвижно, потом убрал руки со стола и положил их на колени.

– Наверно, вы правы,– ответил он равнодушным, как ему показалось, голосом.– Мысль о том, что следует подавлять свои желания, легко приходит на ум тем, у кого никогда не было необходимости это делать.

Мисс Клэри поглядела на стол, где только что лежали руки Палмера.– Но я вовсе не хотела этим сказать,– медленно заговорила она,– что те, у кого есть деньги, могут автоматически удовлетворять любое свое желание. Нет вещи, которая не продавалась бы за деньги. Наверное, все продается. Но далеко не всегда бываешь удовлетворен тем, что купил. Бывает, что приобретешь желаемую вещь, вот она уже в твоих руках, и тут ты обнаруживаешь, что это вовсе не то, что ты увидел на витрине.

– Вы уж меня извините,– насмешливо повторил Палмер ее замечание,– но это философия человека, увязшего в дебрях мистики.

– Да,– согласилась мисс Клэри.– Ведь я происхожу от кельтов, я и ворожить умею и по картам гадаю. Могу даже ведьмой стать, если постараюсь, стоит мне сгорбиться как следует.

– Интересно. Нам, наверно, тогда придется установить вам двойной оклад для того, чтобы вы остались на нашей стороне. Мисс Клэри раскрыла свою сумочку и пошарила в ней.– А что вы называете «нашей стороной»?

– Сигарету? – предложил Палмер, и она утвердительно кивнула.– Это просто образное выражение, не больше…

– Нет, это больше, чем просто образное выражение,– возразила она, прикуривая от его зажигалки.– Мистер Бэркхардт придает словам «на нашей стороне» такой смысл, будто мы находимся с кем-то в состоянии войны.

– Если вы имеете в виду сберегательные банки, тогда, пожалуй, так оно и есть.

– Однако согласитесь, это же бессмыслица. Все равно все это банки. Некоторые из руководителей сберегательных банков значатся в составе нашей дирекции, и наоборот. Сберегательные банки прибегают к услугам нашего банка как банка-корреспондента. Мы продаем им закладные. Да и вообще все мы занимаемся одними и теми же банковскими операциями. И вдруг оказывается, что существует две стороны: наша и их. Почему так получилось?

– А вам известно, в чем разница между коммерческим и сберегательным банком?

Мисс Клэри молча кивнула головой, выпустила изо рта колечко дыма и деловито отогнала его рукой, как бы отметая тем самым вопрос Палмера.– Они не могут предоставлять кредитов коммерческим предприятиям.

– Это лишь косвенный результат другого, более существенного отличия.

– А именно?

– Придется сделать экскурс в далекое прошлое. Началось это еще в первые десятилетия девятнадцатого века. В те времена у бедняков было только две возможности: либо прятать свои сбережения под матрасом, либо тратить их. Так как первое было очень ненадежно, они предпочитали тратить свои несчастные медяки на виски, чтобы хоть на время забыть о нужде.

– Ах, я хорошо знаю это чувство!

– Святые отцы, опекающие бедняков, пришли в ужас: началось поголовное пьянство,– продолжал Палмер.– Вот тогда и решили воспользоваться идеей, возникшей у шотландских школьных учителей, священников, проповедников и реформаторов… принялись организовывать сберегательные банки, чтобы принимать на хранение любые денежные вклады бедняков.