Дэнни Уоллес - Человек-да

слышал звучащий в трубке громкий металлический голос. Ханну спросили, может ли она уделить несколько

минут на то, чтобы обсудить счет ее мобильного телефона. Она ответила, что вообще-то в настоящий момент у

нее нет времени. Я улыбнулся: должно быть, приятно, когда ты вправе сказать «нет». Но опять жестом дал ей

знак, чтобы она продолжала разговор. Сам я никуда не торопился. В этот день я еще встречался с Томом на Би-

би-си, но в запасе у меня было несколько часов.

— Ну хорошо... — согласилась Ханна и, отвечая на вопросы, беззвучно, одними губами извинилась передо

мной. — Фамилия — Кнудсен, — сказала она, затем назвала свой адрес, дату рождения и пароль. — Норвегия.

Н-О-Р-В-Е-Г-И-Я. — Она закатила глаза. — Да. Как страна.

Интересно, а что еще это может быть? Цвет, что ли?

— Да, замечательно. Хорошо, спасибо, — поблагодарила в трубку Ханна и отключила телефон. — Меня

перевели на более выгодный тариф, — доложила она мне. — Бесплатные эсэмэски, абонентская плата со

скидкой двадцать процентов. Хорошо, что я ответила на звонок...

Хоть кому-то от «да» есть польза.

— Так слушай... — вновь начала Ханна.

— У меня все будет хорошо, — решительно перебил я ее. — Просто в настоящий момент жизнь... немного

странная.

— Странная? В смысле?

— Ну, одно время вообще ничего не происходило. Потом стало происходить очень много всякого. А

теперь... опять... ничего. Но мне так больше нравится. Я просто устал, Ханна.

Она поморщила носик, силясь ухватить суть в моем маловразумительном объяснении.

— Никогда не думала, что скажу это, но... по-моему, тебе нужно чем-то занять себя. Придумай какой-нибудь

глупый мальчишеский проект. — Вот уж и впрямь смешно слышать такое из уст Ханны. — Тебе ведь теперь

никто это не запрещает, верно? Ты волен делать что угодно. Ты — свободный человек! Ну, например... начни

опять считать волоски на своих ногах. Ты лет сто этого не делал. Проверь, может, у тебя новые выросли.

Сфотографируй их. В общем, что-нибудь в этом роде.

Я кивнул. Хорошая мысль.

— Не волнуйся за меня, Ханна. Как-нибудь переживу. Кстати, как Себ?

— Нормально. До сих пор в толк не возьмет, зачем ты тогда потащился с нами ужинать?

— Он же сам предложил! Мне пришлось согласиться!

— Ну конечно, пришлось. А если б он предложил тебе прыгнуть со скалы, тоже не смог бы ему отказать?

На этот вопрос я решил не отвечать.

— Я ведь вот еще зачем пригласила тебя...

— Зачем?

— Хочу свести тебя кое с кем.

— Вот как?

— С одной моей знакомой.

О нет, только не это.

— Ханна, мне и так хорошо...

— Ты же сам сказал, что тебе скучно!

— Я не говорил, что мне скучно. Я просто сказал, что в моей жизни сейчас ничего не происходит.

— Ну послушай, сделай это ради меня. Просто посидите с ней, выпьете по бокальчику. Что ты теряешь?

— Ханна, бывшим подружкам не положено устраивать свидания своим бывшим кавалерам.

— Дэнни, а бывшим кавалерам не положено спонсировать африканских мальчиков от имени своих бывших

подружек. Однако они это делают. Причем постоянно. Как будто так и надо.

Я покраснел.

— Но я не хочу ни с кем знакомиться.

Я понимал, что говорю, как ребенок.

— Да ладно тебе. Надо радоваться жизни. И какое-то время, до совсем уже недавней поры, ты вроде бы

снова стал жить, как все нормальные люди. Взбодрился, встряхнулся.

— Так и было.

— Тогда познакомься с Кристен. Посидите, выпьете. Мне кажется, вы поладите. И ты сразу повеселеешь.

Может, Ханна и права. Наверное, я должен согласиться. Возможно, мне и впрямь это пойдет на пользу.

Ведь сейчас положение у меня незавидное. И, в общем-то, я знаю, как из него выбраться. Нужно забыть. А

как можно такое забыть? Надо продолжать жить. Назад не оглядываться. Смотреть только вперед.

— Ладно. Я выпью чего-нибудь с Кристен. Позвоню ей.

Ханна как-то чудно — чувствовалось, что она довольна — улыбнулась и на салфетке написала телефон своей

знакомой.

— Чудесно, — сказала она. — Правда, здорово. Да, послушай... можешь послать меня подальше, если

считаешь, что я лезу не в свое дело... просто я тут с Ианом говорила, и... только ты не сердись... мне кажется, тебе следует сходить кое к кому.

— Еще бы тебе не казалось. То-то ты пытаешься устроить мне свидание со своей подругой.

— Нет, ты не понял. Тебе следует показаться кое-кому. Психологу. Психиатру. Врачу-консультанту. Хотя

бы... кому-нибудь.

Уф.

— Что, черт побери, ты сказал Ханне? — спросил я у Иана.