Рейнбоу Рауэлл - Фанатка

От этой мысли Кэт задрожала. Потом подумала о Рейган и затряслась еще сильнее.

Конечно, Кэт не собиралась навеки оставаться девственницей. Но она хотела заняться любовью с кем-то вроде Эйбела – более никчемным и неопытным, чем она. С тем, в присутствии кого у нее не подгибались колени.

Если судить объективно, то, пожалуй, Эйбел был симпатичнее Ливая. Эйбел занимался плаванием. У него были широкие плечи и крепкие руки. И волосы, как у Фрэнки Авалона. Так любила говорить бабушка Кэт.

Ливай был тощим и долговязым, а его волосы… Ох уж эти волосы! Но рядом с ним Кэт чувствовала себя раскованной и даже разнузданной.

Иногда он закусывал нижнюю губу и изгибал бровь, словно решая, стоит ли ему засмеяться… Безумие!

Затем если он все же смеялся, то сперва тряслись плечи, а брови сходились на переносице – они были совершенно неприличными. Если бы его брови что-то решали, то Кэт давно бы поднялась к нему в комнату.

Она понимала, что если взглянуть на все рационально, то, по вине бесстыжих бровей, между хождением за ручку и сексом оставалось еще невспаханное поле. Но она мыслила не рационально. Рядом с Ливаем становилась подобной скользкому льду.

Сейчас она сидела за столом, а Ливай – на ее кровати, пиная стул.

– Эй, – сказал он, – я тут подумал, может, на выходных сходим на настоящее свидание? Поужинаем, посмотрим фильм…

Он улыбнулся, Кэт ответила ему тем же. Но вдруг спохватилась:

– Я не могу.

– Почему? У тебя уже запланировано свидание? В каждый вечер уик-энда?

– Вроде того. Я еду домой. В этом семестре я чаще навещаю отца.

Улыбка Ливая потускнела, однако он понимающе кивнул:

– Как будешь добираться до дома?

– Девчонка с нашего этажа, Эрин, ездит домой каждые выходные, чтобы повидаться со своим парнем. И правильно делает, ведь она такая вздорная и занудная. Он обязательно найдет кого-нибудь получше, если она не будет за ним присматривать.

– Я отвезу тебя домой.

– На белом коне?

– В моем красном фургоне.

– Нет, – закатила глаза Кэт, – тебе придется два раза ездить туда и обратно. Ты спустишь на бензин тысячу баксов.

– Ну и что. Я хочу познакомиться с твоим отцом. К тому же проведу с тобой несколько часов в машине – без экстренных ситуаций.

– Не беспокойся. Я могу доехать с Эрин. Она не такая уж плохая.

– Ты не хочешь, чтобы я познакомился с твоим отцом?

– Я пока не думала об этом.

– Не думала?

Казалось, Ливай обиделся. Слегка обиделся. Даже не обида, а так, заусенец, но все же.

– А ты думал о том, чтобы представить меня своим родителям? – спросила Кэт.

– Ага, – ответил он. – Хочу, чтобы ты пошла со мной на свадьбу моей сестры.

– Когда?

– В мае.

– Мы же встречаемся только три с половиной недели.

– По меркам первокурсника – шесть месяцев.

– Ты не первокурсник.

– Кэтер… – Ливай подцепил ногами сиденье ее стула и пододвинул ближе к кровати. – Ты мне очень нравишься.

Кэт сделала глубокий вдох.

– И ты мне очень нравишься.

Ливай заулыбался и изогнул бровь, будто нарисованную карандашом.

– Можно, я отвезу тебя в Омаху?

Кэт кивнула.

– Все, хватит! – сказал Саймон, кидаясь вперед и перелезая через длинный обеденный стол.

Пенелопа ухватила край его мантии, и Саймон чуть не упал лицом на скамью, но вовремя выпрямился.

– Отпусти меня, Пенни…

Он бросился к Бэзилу с кулаками. Тот не шелохнулся.

– «Чем крепче заборы, тем лучше соседи!» – прошептал Бэзил, взмахнув волшебной палочкой.

Кулак Саймона встретил твердую преграду, остановившись в паре дюймов от губ База, который даже не дрогнул. Саймон закричал, убирая руку, но по-прежнему сопротивляясь заклинанию.

Глядя на это, Дэв, Ниалл и прочие приспешники Бэзила загоготали, как пьяные гиены. Но Бэзил не отреагировал. Он заговорил столь тихим голосом, что лишь Саймон слышал его:

– Значит, Сноу, ты так собирался это сделать? Так хочешь побороть Коварного?

Легким движением палочки он снял заклинание в тот момент, когда Саймон обрел равновесие.

– Жалкое зрелище, – сказал Бэзил и удалился.

Когда Кэт вошла в кабинет, профессор Пайпер протянула к ней руки:

– Кэт, ты вернулась! Не могу сказать, что знала это. Я очень сомневалась, но надеялась.

Она вернулась.

Кэт пришла сказать преподавателю, что приняла решение. Вновь. Она не собиралась писать итоговый рассказ. Слишком много чего нужно было написать и о многом побеспокоиться. Финальный проект напоминал тухлятину, оставшуюся с прошлого семестра. Даже думая об этом рассказе, Кэт чувствовала себя неудачницей (плагиат и глупый Ник, ворующий ее лучшие фразы). Она хотела оставить все позади.