Рейнбоу Рауэлл - Фанатка

– Я постоянно околачивался возле твоей комнаты и приглашал тебя на вечеринки, старался быть рядом, когда тебе что-то требовалось, и так четыре месяца! А ты даже ничего не заметила.

– Я думала, ты встречаешься с моей соседкой! – сказала Кэт. – И повторяю: ты дружелюбен со всеми. Раздаешь свою симпатию налево и направо, будто это тебе ничего не стоит.

– Это и правда мне ничего не стоит, – усмехнулся Ливай. – Мой запас не истощится, если я улыбнусь кому-то незнакомому.

– Чего не могу сказать о своем.

– Но я – это не ты. Мне хорошо, когда я делаю людей счастливыми. Кстати, у меня появляется больше сил на тех, о ком я по-настоящему забочусь.

Все это время Кэт пыталась удержать зрительный контакт, как взрослый разумный человек, но становилось все сложнее. В итоге она уткнулась взглядом в снег.

– Если ты улыбаешься всем, – сказала она, – как мне почувствовать, когда ты улыбаешься мне?

Ливай притянул их сцепленные руки, кладя себе на плечи.

– И как ты себя чувствуешь, когда я тебе улыбаюсь? – спросил он.

«Не так, как обычно», – подумала Кэт.

Она сильно сжала руки Ливая, удерживая равновесие, потом встала на носочки и уткнулась подбородком ему в плечо, нежно касаясь лицом его щеки. Его кожа была гладкой и источала густой аромат одеколона и мяты.

– Как дура, – тихо произнесла Кэт. – И я не хочу, чтобы это заканчивалось.

В автобусе они сидели рядышком, опустив глаза на сцепленные руки: из-за яркого света было сложно смотреть друг другу в лицо. Ливай молчал, но Кэт не беспокоилась из-за этого.

Они подошли к ее комнате, зная, что она пустая. У обоих были ключи.

Ливай размотал на Кэт шарф и, притянув ее к себе, ненадолго прижался губами к макушке.

– Завтра, завтра, завтра, – сказал он.

Ливай говорил это не просто так.

На следующий день он пришел к ней. И через день. А неделю спустя Кэт подумала, что вот так незаметно Ливай станет частью ее будней. Словно так было всегда.

Он не спрашивал: «Можем ли мы встретиться завтра?» или «Увижу ли я тебя завтра?». Лишь «где?» и «когда?».

Они встречались в корпусе профсоюза между парами. Кэт заходила к нему в «Старбакс» в обеденный перерыв. Ливай ждал в коридоре, чтобы либо она, либо Рейган впустили его в комнату.

До сих пор им троим удавалось избегать неловкости. Кэт сидела за столом, Ливай – у нее на кровати. Он общался с обеими девушками, не забывая подшучивать. Иногда Кэт чувствовала себя не в своей тарелке, когда слышала в его голосе откровенную симпатию. Иногда ей казалось, что он разговаривает с ними, как отец с ней и Рен. Как будто они обе «его девочки».

Кэт пыталась прогнать это чувство. Старалась встречаться с Ливаем вне комнаты, когда там находилась Рейган.

Но и в отсутствие Рейган их общение мало чем отличалось. Кэт все так же сидела за столом, Ливай – на кровати, положив ноги на стул и о чем-то рассказывая. Непринужденно и ненавязчиво.

Ему нравилось говорить о ее отце и Рен. Ливай считал, что здорово иметь близнеца.

Еще ему нравилось говорить о Саймоне Сноу. Он видел все фильмы по два-три раза. Он вообще смотрел много фильмов, в основном фэнтези и приключения. Любил супергероев. Хоббитов. Волшебников.

«Если бы он еще любил читать, – подумала Кэт, – то по праву назывался бы занудой».

Наверное…

Зануды, решила Кэт, предпочитают вымышленный мир реальному. Она не задумываясь переселилась бы в Мир Магов. В прошлом году Кэт впала в уныние, осознав наконец, что даже обнаружь она магическую лазейку в мир Саймона, то по возрасту не сможет пойти в Уотфордскую школу магии.

Рен тоже расстроилась, когда Кэт рассказала ей об этом. Утром в день своего восемнадцатилетия они валялись в кровати.

– Кэт, просыпайся, пойдем за сигаретами.

– Не могу. Собираюсь посмотреть фильм для взрослых – в кино. А потом распланирую дальше.

– Ого! А давай сбежим с уроков и посмотрим «Пятьсот дней лета».

– Рен, ты же понимаешь, что это означает?

Кэт подняла глаза на гигантскую карту Уотфорда, которую они приклеили скотчем к потолку. Как-то на Рождество отец заказал ее кому-то из дизайнеров.

– Это означает, – ответила Кэт сама, – что мы слишком старые для Уотфорда.

Рен прислонилась спиной к изголовью кровати и тоже посмотрела наверх:

– Да уж, ты права.

– Конечно, я не считала ее реальной, – через минуту сказала Кэт, – даже когда мы были совсем маленькими, но все же…

– Но все же… – вздохнула Рен. – Теперь мне и курить расхотелось, тоскливо как-то.