Джон Марквэнд - Г. М. Пулэм, эсквайр

У меня портилось настроение, когда мне без конца напоминали о двадцатипятилетии нашего выпуска.

— Правильно. Но я бы с удовольствием отказался присутствовать на торжестве.

— Ну, знаете, это нехорошо. В свое время я тоже чувствовал себя взбудораженным и тоже не хотел идти на юбилей. Мне казалось, что все это подействует на меня угнетающе, однако вышло совсем наоборот, как только я пришел на празднество и заразился общим настроением. Откровенно говоря, такие юбилеи не проходят для нас бесследно. Я не знаю, что они делают с нами, но что-то делают.

— А как с женами? Я не хочу видеть жен своих бывших однокурсников.

— Понимаю. И я испытывал то же самое. Но, можете поверить мне, через каких-нибудь пару минут вы просто перестаете их замечать. Они станут для вас частью общей картины. А как много даст вам юбилей! Между прочим, я не знал, что вы знакомы с Балфилдами.

— А я не знал, что вы знакомы с ними.

— Он, если не ошибаюсь, имеет какое-то отношение к мылу? — продолжал Алберт. — К мылу Коуза, реклама которого расклеена на каждом углу.

— Как, как? — переспросил я. — Мыло Коуза?

За завтраком я сидел слева от миссис Балфилд. Подавалось вино двух сортов, а завтрак был слишком уж обильным. Я знал, что во второй половине дня меня неудержимо потянет ко сну, а я страшно не любил спать днем.

— Я не предполагал, что ваш муж имеет какое-то отношение к мылу Коуза, — обратился я к хозяйке.

Смех миссис Балфилд прозвучал как резкий дверной звонок.

— Эвен участвует в самых разнообразных делах.

— Когда-то давно я занимался рекламой мыла Коуза и знал девушку, которая занималась тем же. Ее звали Майлс, Мэрвин Майлс.

— Скажите пожалуйста! — воскликнула миссис Балфилд. — Я не верю, что вы рекламировали мыло, и все же ужасно забавно!

— Действительно забавно.

— Сейчас мы займемся крабами, запеченными с пряностями. Мы, уроженцы западных штатов, попадая на побережье, любим полакомиться свежими крабами. Позавчера Эвен специально ездил с одним человеком ловить их.

— Вы хотите сказать, что крабы ждут своей очереди с позавчерашнего дня?

— Да. Пуская пузыри в ведре с водой и морскими водорослями. А вот и они! Что вы берете одного? Возьмите двух, мистер Пулэм!

Потом все пошло так, как я и предполагал. После завтрака меня стала одолевать сонливость, и всю вторую половину дня мне ничего не хотелось делать. Кэй куда-то уходила, потом, вечером, мы ездили на пикник на прибрежные камни, ели зажаренных живьем омаров и пили пиво. Кэй не разговаривала о Балфилдах, пока мы не легли спать.

— О чем это вы беседовали с миссис Балфилд? — полюбопытствовала она.

— О крабах. Балфилд наловил их позавчера.

— Неправда. Вы говорили о чем-то еще. Чем это ты так рассмешил миссис Балфилд?

— Почему ты постоянно прислушиваешься к моим разговорам? Не делай этого, Кэй, прошу тебя.

— Ты всегда заставляешь меня нервничать. Я все время боюсь, что ты проявишь бестактность. Так что ты сказал миссис Балфилд?

— Я разговаривал с ней о мыле. О мыле Коуза. Кто-то сказал мне, что Балфилд имеет к нему какое-то отношение.

— Похоже на тебя! Сумел-таки поставить миссис Балфилд в неловкое положение. Гарри, ты завел будильник?

— Нет. Для чего нам будильник?

— Разве ты не знаешь, что тебе нужно встать в половине шестого и встретить на станции Биля Кинга? Ну вот. Теперь мне нужно специально идти в спальню Эммы за будильником.

— Да я могу проснуться и без будильника.

— Нет, не можешь. А как мы будем развлекать Биля, когда он приедет? Надо что-то придумать. Не можем же мы допустить, чтобы он скучал.

— О, с Билем все будет в порядке. Давай-ка спать.

Мне кажется, что как только мы гасили свет, Кэй начинали одолевать беспокойные, бессвязные мысли о настоящем, прошлом и будущем.

— Гарри, — заговорила она, — ты выводил Битси?

— Да. Как всегда.

— Ты не любишь Битси. По-моему, собаки тебе вообще не нравятся. Я не вышла бы за тебя замуж, если бы знала, что ты так относишься к собакам.

— Я всегда любил собак. Отец никогда не расставался с ними. Давай спать.

— Нет, по-настоящему ты не любишь собак, не любишь и не понимаешь их.

— Очень хорошо понимаю. Давай спать.

Кэй некоторое время молчала, и я закрыл глаза. С желудком у меня творилось что-то неладное.

— Гарри, — снова окликнула меня Кэй.

— Ну что?

— Мне хотелось бы знать, ты и в самом деле серьезно беседовал с Джорджем о половой проблеме?

— Почему ты все время спрашиваешь об этом? Я говорил с Джорджем два года назад по твоему же совету. Если человеку объяснили раз — не так уж важно объяснять все снова.