Сергей Арбенин - Собачий род

Стёпка округлил глаза.

— Убитого?

— А и нет! — торжествующе сказала Катька. — Большой чёрный человек. Пока мы с тобой камлали, он лежал, как неживой. А потом встал и пошёл!

— А может, это дух, который из мёртвого тела вышел, одежду прогрыз…

— Нет, Стёпка. Это не дух. Дух из него давно вышел, — одно тело осталось. Вот тело я и видела.

— И что же ты видела? — крайне заинтересованный, спросил Стёпка. Он знал, что женщины — самые сильные шаманы, сильней любого мужика.

— Видела, как он встал и пошёл. Руки вытянул, идет сквозь лес, деревья ломает. И всё повторяет:

— Найти пса! Найти пса!..

— А дальше?

— А дальше ты упал, хрипеть начал. Я и перепугалась. Помогать тебе бросилась.

— А чёрный человек?

— Не знаю, — задумчиво ответила Катька. — Не видела его больше.

Стёпка шибко задумался, так шибко, что весь лоб стал полосатым, в "рубчик", — от морщин.

За дверью послышался хриплый, с подвыванием, лай.

Стёпка и Катька молча поглядели друг на друга.

— Гости к нам, что ли?

Катька полезла к окошку. Ничего не разглядела.

— Сходи, Стёпка, посмотри. Может, лесной хозяин появился?

Стёпка накинул телогрейку, взял со стены ружьё.

— Заряжено?

— Да кто бы его заряжал? — философски ответила Катька.

Стёпка бросил ружье и выбежал из избушки.

Наступали ранние зимние сумерки. Катькина собака стояла ровно, не шелохнувшись, неподалеку от навеса, и глядела в лес. Хрипло лаяла.

— Э, кого увидел, а? — громко спросил Стёпка.

Собака не обернулась.

Стёпка подошёл поближе. Красный гаснущий круг солнца, недавно пробившийся сквозь облака, уже прятался за деревьями. И среди чёрных стволов — показалось Стёпке, — мелькнула какая-то высокая, будто расплывчатая фигура. Стёпка вглядывался, пока из глаз не потекли слёзы. Собака перестала лаять, но продолжала смотреть в лес, и чуть-чуть дрожала.

Стёпка постоял ещё.

Наконец сказал:

— Айда в дом. Покормить тебя надо, однако.

Собака заупрямилась было, но Стёпка пообещал дать ей рыбы. Это слово собака, конечно, знала. Недоверчиво взглянула на Стёпку, и пошла за ним. Время от времени оглядывалась на лес. Негромко рычала.

— Ну, что там? — встретила их вопросом Катька.

— Не разглядел. Темно уже. Не то шатун, не то какой плохой человек.

— А зачем собаку привёл?

— Кормить буду, однако.

Стёпка взял посудину побольше — плохо обожжённую самодельную глиняную миску, — вывалил в неё варево из мороженой рыбы. Поставил на пол:

— На, жри, однако.

Взял ружьё, сел, и принялся чистить его.

Катька глядела на всё это неодобрительно.

— А кого видел, скажи? Высокий, чёрный? Как пятно?

Стёпка слегка вздрогнул, медленно выговорил:

— Может, это он и есть. Узнал, что мы шаманим, псу помочь хотим, и пришёл.

Оба замолчали, испуганно глядя в окно.

— Однако, Стёпка, ты собаку-то выпусти, — вдруг тихо сказала Катька. — Да двери покрепче запри…

* * *

Тверская губерния. 1860 год

Полкан подобрался к деревне как можно ближе. Полз меж кустами, добрался до овина и прилёг. Отсюда плохо была видна изба, — только старый перекошенный плетень, дырявый, заваленный снегом. Но Полкан знал, что у него всё получится. Таков был приказ, а значит, нужно только подождать.

Звёзды погасли, с чёрного неба посыпалась снежная крупа.

Полкан разгрёб гнилую солому, накиданную возле овина, зарылся в неё поглубже. Постепенно задремал.

Когда начало светать, он проснулся, подскочил, навострил уши.

Деревня просыпалась с шумом, коровьим мычанием, стуком дверей. Земля побелела от белой крупы, которая никак не хотела таять. Где-то заржала лошадь, заблеяли овцы.

Вот отворилась дверь избы. Вышла хозяйка. Она несла в руках, обхватив подолом, чугунок с месивом. В свинарнике завозились, обрадовано захрюкали свиньи. Хозяйка скрылась за стеной. Хлопнула дверь и Полкан сморщился от донёсшегося до него свинячьего смрада.

Потом из избы выскочил малец.

— Тятька! — крикнул он в приоткрытую дверь. — Гляди! Зима!!

— Закрой дверь! Избу выстудишь! — ответил сердитый голос.

Полкан ждал.

Прошли утренние хлопоты. Полкан опять было задремал, но тут во дворе появились новые люди: бородатый кряжистый старик и церковный староста. А с ними — маленький суетливый мужичок. Полкан узнал их по запаху.

Они потоптались на пороге, вошли в избу. Вышли скоро.

— У него собака сдохла, — ему и печалиться не для ча, — сказал мужичок.

Они вышли за ворота и вскоре уже стучались в соседнюю избу.