Джонатан Франзен - Свобода

– В Вашингтоне только двум людям удобнее добираться до работы, чем мне, – сказала Лалита. – Причем Уолтеру – удобней, чем президенту. У нас одна кухня на всех.

– Звучит уютненько, – сказал Кац, глядя на Уолтера со значением, но тот не заметил его взгляда. – А что это за трест?

– Я же тебе рассказывал в прошлый раз.

– Я тогда столько всего употреблял, что мне теперь надо все по два раза повторять.

– Трест “Лазурные горы”, – вмешалась Лалита. – Принципиально новый подход к охране природы. Это Уолтер придумал.

– Ну, вообще-то придумал это Вин.

– Но изначально идея исходила от Уолтера, – заверила Ричарда Лалита.

Официантка (ничего особенного, Кац ее уже вычеркнул из списка) приняла заказ на кофе, и Уолтер принялся излагать историю треста “Лазурные горы”. Вин Хэйвен, сказал он, человек весьма необычный. Они с женой, Кики, страстно любят птиц и дружат с Джорджем и Лорой Буш и с Диком и Линн Чейни. Умело теряя деньги на строительстве нефтяных и газовых скважин в Техасе и Оклахоме, Вин сколотил девятизначное состояние. Теперь он постарел, а поскольку детей у них с Кики не было, он решил спустить больше половины своего состояния на сохранение одного-единственного вида птиц: голубого лесного певуна, который, как объяснил Уолтер, был не только прелестным созданием, но и быстрее всего вымирающим видом певчих птиц в Северной Америке.

– Это наш символ, – сказала Лалита, вытаскивая из портфеля проспект. Изображенный на обложке певун показался Ричарду ничем не примечательным. Маленький, синий и глупый.

– Птица как птица, – сказал он.

– Дело же не в птице, – ответила Лалита. – Это гораздо шире. Послушайте, как это видит Уолтер.

Как это видит Уолтер! Кац начал подозревать, что истинной целью этой встречи было желание Уолтера похвалиться поклонением юной девушки. Голубой лесной певун, объяснил Уолтер, размножается исключительно в лиственных лесах с умеренным климатом и особенно распространен в Аппалачах. Самая здоровая популяция обитает на юго-западе штата Вирджиния, и Вин Хэйвен, благодаря своим связям в индустрии невозобновляемой энергии, решил совместно с угольными компаниями создать огромный частный заповедник для певунов и прочих обитателей лиственных лесов, находящихся под угрозой вымирания. У угольных компаний были причины опасаться, что в соответствии с Актом об угрожаемых видах певуна скоро внесут в перечень птиц, близких к угрозе вымирания, что может помешать им свободно вырубать леса и взрывать горы. Вин считал, что их можно убедить помочь певуну, чтобы тому не дали охранный статус, а компании получили хорошие отзывы в прессе, продолжая при этом добывать уголь. Так Уолтер получил должность исполнительного директора треста. Работая в природоохранной организации в Миннесоте, он наладил хорошие отношения с горнодобывающими предприятиями, а теперь проявлял редкую готовность вступить в конструктивный диалог с угольными компаниями.

– До Уолтера у мистера Хэйвена на собеседовании было с полдюжины кандидатов! – рассказывала Лалита. – Некоторые вставали и выходили прямо посредине беседы. Это все узость мышления и страх перед критикой. Никто, кроме Уолтера, не увидел в этом предложении возможностей для человека, готового рискнуть и не цепляющегося за общепринятые условности.

Уолтер поморщился, не скрывая, впрочем, удовольствия.

– У этих людей работа была гораздо лучше, чем у меня, – заметил он. – Им было что терять.

– Но что же они за экологи, если заботятся о сохранении рабочего места больше, чем об охране природы!

– А что им делать, у них есть семьи и свои обязанности.

– Но ведь у вас тоже!

– Смирись, чувак, просто ты – совершенство, – недобро сказал Кац. Он все еще надеялся, что, когда они встанут, обнаружится, что у Лалиты огромная задница или толстые бедра.

Чтобы спасти голубого лесного певуна, продолжил Уолтер, трест намеревается создать в Вайоминге, на западе Вирджинии, свободную от дорог территорию площадью в сто квадратных миль под рабочим названием “Лазурная сотня” и окружить ее “буферной зоной”, где можно будет охотиться и пользоваться транспортом. Чтобы купить права на работу на поверхности и разработку такого большого участка, тресту придется разрешить добывать уголь методом открытых разработок на трети этой территории. Остальных претендентов отпугнуло именно это. С экологической точки зрения открытые разработки в их нынешнем виде неприемлемы: скальный гребень взрывают, чтобы оголить угольные пласты, битый камень засыпает окрестные долины, уничтожая полные жизни ручьи. Уолтер, однако, полагал, что при разумном руководстве усилия по восстановлению экологического баланса окажутся куда более действенными, чем кажется многим; а главное достоинство полностью выработанного месторождения состоит в том, что его больше никто не будет трогать.