Маргарет Этвуд - Ведьмино отродье

– Давайте снимем еще один дубль, – говорит он. – Я слышал странное эхо. Как будто кто-то читал мои реплики вместе со мной. Это очень мешает. Может, фонит микрофон, я не знаю.

У Феликса сжимается сердце: его Миранда, суфлирует.

– Голос мужской или женский?

– Просто голос. Наверное, мой собственный. Я проверю микрофон.

– Да, наверное. Бывает, актеры слышат собственные голоса, словно со стороны, – говорит Феликс. – Когда волнуются. Расслабьтесь, дышите глубже. Конечно, мы снимем еще один дубль.

Миранде он говорит вполголоса:

– Не так громко. И только если он ошибется.

– Что? – переспрашивает 8Рукк. – Хотите, я его отодвину подальше?

– Нет-нет. Прошу прощения, – говорит Феликс. – Это я о своем.

Часы тикают неумолимо. Планеты сближаются.

Пальмы и кактусы уже вырезаны из бумаги детскими безопасными ножницами. Пластмассовая лодка и парусный кораблик благополучно ободраны, облиты водой и отправлены в плавание по морю из занавески для душа. Песни спеты, отвергнуты, переписаны и спеты снова. Обмен оскорблениями на тему «ни слуха, ни голоса» состоялся.

Речитативы прочитаны, пляски отплясаны. Не обошлось и без легких травм, поскольку мышцы танцоров долгое время бездействовали. Кризисы доверия преодолены, обиды нанесены, задетые чувства излечены. Феликс то ругал себя за слабоумие, что подвигло его на такое безнадежное предприятие, то поздравлял себя за решимость и проницательность. Он падал духом, потом воспарял, а затем падал снова.

Нормальная жизнь.

Они отсняли почти всю пьесу. Осталось лишь несколько сцен. Потом надо будет смонтировать фильм, добавить спецэффекты и голос за кадром, переснять или переозвучить реплики, которые получились не очень четко. Богини на видео смотрятся потрясающе. Одетые в черное кукловоды вносят дополнительный смысл: сразу ясно, что эти богини всего лишь видения, и делают то, что положено им по сценарию, сочиненному кем-то другим. Маракас сам написал для них музыку, жутковатый, потусторонний свист под флейту и колокольный звон. Момент, когда они исчезают в смятении, 8Рукк оформил как наложение картинок: образы богинь множатся и одновременно замедляются, что создает впечатление, будто они растворяются в воздухе. Получилось шикарно, и Феликс не преминул похвалить 8Рукка за отличную работу.

До часа «Ч» остается меньше недели. Будь это обычная постановка, Феликс уже мог бы расслабиться – времени на доработку у них достаточно, – но поскольку у них необычная постановка, предстоит еще кое-что сделать.

Феликс снова поехал в Торонто на поезде. Ему нужно было добыть костюмы для пьяницы-дворецкого Стефано и шута Тринкуло: первому – поношенный смокинг, второму – красные кальсоны и шляпу-котелок, обоим – белый грим. Кальсоны нашлись в отделе мужского белья в «Уиннерсе», смокинг Феликс приобрел в «Оксфаме». По дороге он забежал в магазин карнавальных костюмов и прикупил еще несколько шапок Годзиллы для ведьминых отродий.

Покончив с покупками, он встретился с тихим, неприметным очкариком лет сорока, возможно корейского происхождения. Они встретились на вокзале, в уединенном уголке. Это было рискованно – что, если за тем человеком следили? – но в толпе пассажиров они совершенно не выделялись. Контакт очкарика Феликсу дал 8Рукк: он записал голосовое сообщение, которое Феликс вынес наружу на флешке. В сообщении было сказано, что обе стороны могут доверять друг другу как братья.

Деньги перешли из рук в руки, и Феликс получил пакетик таблеток в желатиновых капсулах, пакетик порошка, иглу для подкожных инъекций и очень точные инструкции.

– Только не перестарайтесь с дозой, – сказал очкарик. – Вы же не собираетесь никого убивать или выпаривать им мозги навсегда. Эти капсулы – ядреная штука. Разломите их, высыпьте содержимое в чашку. В имбирном эле оно растворится мгновенно. Крышу рвет сразу, даже с полчашки. Но эффект длится недолго. У вас будет, может быть, минут десять. Этого хватит?

– Посмотрим, – сказал Феликс.

– А это волшебная пыльца фей. Четверть чайной ложки на чайную ложку воды. Не перебарщивайте с виноградом.

– Я буду осторожен, – сказал Феликс. – А какой от него эффект?

– Как вы сами сказали, посмотрим. Но трип будет лютый, – ответил очкарик.

– Но оно им не повредит? – спросил Феликс. – Насовсем?

Он нервничал: что, если его поймают с этими препаратами в кармане? И что это за препараты? Он ведет себя безрассудно. Но ведь и все предприятие – верх безрассудства.