Николае Есиненку - Деревянная пушка

«Все верно, сержант, но надо быть и человечным… Представляете, как обрадуются дети, когда отец привезет им в Хабаровск гроздь винограда из нашей солнечной Молдавии!»

— Пусть в магазине покупает!

«Знаете что, сержант? — председателю надоело уговаривать. — Вы мне не указывайте! Я у себя в хозяйстве старший и сам знаю, что можно, а что нельзя. Пропустите обе машины!»

— Физкультпривет! — милицейский водитель срывает «козлика» с места, нахально скалясь в лицо окаменевшему сержанту.

Младший между тем тянет из руки сержанта ключ от микробуса.

— Поезжайте! — козыряет он ученым.

Микробус исчезает.

— Ну ничего! — Сержант хмуро направляется к первой из четырех машин, задержанных вместе с микробусом. — Уж эти от меня не уйдут! Не дай бог, одно зернышко найду… одну сливу!

Он машет водителю «Лады»: выходи!

Из «Лады» вылезает невысокий чернявый человечек лет пятидесяти. Он тоже в противосолнечных очках, и это еще больше настраивает против него сержанта. Жизнерадостно улыбаясь, человечек протягивает сержанту руку, но тот даже не смотрит на него, идет прямо к багажнику. Молниеносно поднимает крышку и, столь же молниеносно вытащив ящик с яблоками, швыряет его оземь так сильно, что планки лопаются и яблоки катятся во все стороны.

Чернявый только руками разводит.

— Же сюи… интурист! — пытается он объясниться. — Мне даль… мсье секретарь дю партком.

Сержант не слушает и не слышит.

— Документы! — требует он. — Водительские права! Накладную на груз!

С другой стороны «Лады» вырастает спутница француза, симпатичная, стройная женщина. Впрочем, она тоже в брюках и в очках.

— Атанде, мсье капораль! Послюшать! Ми есть гости из Франция… совершать тур на своя машина. Же на па… Этот ле пом… яблоки… нам подариль… — И с внезапным раздражением: — Понимать, ту, ля ваш?!

Последние слова, не столько смысл их, сколько звучание, заставляют сержанта схватиться за голову. Напарник приходит ему на помощь.

— Экс-ку-зе муа, — старательно произносит он, собирает раскатившиеся яблоки и, вытерев каждое о брюки, складывает в ящик. — То есть простите: ошибочка вышла.

— Уй, экскюзон… — Аши-пач-ка! — кивают француз и француженка. — Ви есть… отшень красиви и льюбезни популясьон… народ. И — богати!

— Ясное дело, — стонет сержант, — если они по нашей стране разъезжают в нашей же «Ладе»!

— Говорил я тебе: не связывайся! Хоть бы на этом все кончилось, а то ведь французы ябедники известные… нажалуются начальству! Или в газетах у себя черт-те что распишут!

— Ладно, — вздыхает сержант, — пойду проверю другие машины.

Французы уезжают и — на то они и французы — машут руками, показывают нос и кричат: «О-ля-ля!»

— Постой, Симион, — младший провожает их глазами, — ты сильно расстроен, давай уж я сам.

Сержант благодарно смотрит на него и садится прямо в траву на обочине.

Младший подходит к следующей машине, вежливо козыряет водителю:

— Попрошу документы.

— Пожалуйста.

— Мерси. Что вы делали в этом колхозе?

— Начальник послал, Александр Петрович.

— С какой целью?

— Привезти два ящика винограда, два — яблок и четыре — помидор.

— Зачем?

— Как — зачем? Для сборной района по футболу… Вы же знаете, предстоит первенство республики!

— А почему именно из этого хозяйства?

— Потому что в сборную включены и здешние футболисты. На прошлой неделе нас обеспечивал витаминами колхоз имени Чапаева, на позапрошлой — «Радуга», а сейчас вот… Спортсменам нужно хорошо питаться. А витамины особенно нужны!

— А документ на эти продукты у вас имеется?

— Какой же может быть документ? Я все свеженькое везу, прямо с поля! Бригадиры в курсе… Это же, в конце концов, общая наша команда, неужели не понимаете? Или вам не дорога спортивная честь района?

— Нет, почему же… дорога. Проезжайте.

— В чем дело? — дверца следующей машины уже открыта.

— Фрукты, овощи везете?

— Ящик персиков.

— Документ на него есть?

— Какой документ?! Жена главбуха в больнице! Врачам!..

— Пропусти их! Всех пропусти! — вскакивает внезапно сержант. — Проезжайте! Ну вас к черту! К чертовой матери! К едрене фене! Воры! Воры!

Водители испуганно поглядывают на него и спешат воспользоваться столь любезным предложением. Ревут разом включенные моторы. Клубы пыли затмевают все.

«Сойка», «Сойка»! — опять оживает рация. — Прием!»

Оба милиционера сидят на траве и безучастно разглядывают ползающих на ней букашек.