Иржи Швейда - Авария

Пошатываясь, Камил стоял в прямоугольнике двери, светлом от горевшей в прихожей лампочки, и с неловкостью пьяного ощупью искал шнур выключателя в спальне. Здена села на постели. Первоначальный испуг прошел, теперь она с изумлением смотрела на Камила. Она еще никогда не видела его пьяным (хотя бы здесь его любовь к деньгам шла на пользу), а сегодня он нализался, как мальчишка.

Камил оставил напрасные попытки и рухнул на колени возле кровати Диты. Здена слышала его сиплое бормотание и пожалела его.

— Не разбуди, пожалуйста, — попросила она шепотом.

Камил испуганно обернулся, поднялся, неуверенными шагами подошел к изголовью кровати и задал совершенно ненужный вопрос:

— Не спишь?

— Ты меня разбудил.

— Ну, я этого не хотел, факт.

— Выключи свет в прихожей и ложись спать. Уже поздно.

— Ну вот, ты сердишься, — смиренно промямлил он.

— Наоборот, я вся дрожу от счастья. Вечером хлопает дверью, все дела сваливает на меня, ночью является чуть не на четвереньках, и ему еще необходимо оправдываться. Но об этом мы утром поговорим.

— Я бы хотел сейчас, — попросил Камил, — утром станешь ругаться, ты бываешь как бешеная.

Она невольно улыбнулась. В роли кающегося грешника Камил выглядел комично. Натворил что-нибудь или на самом деле раскаивается?

— Пойдем в другую комнату, а то разбудим Дитунку, — предложила она, набросила халат и вытолкала Камила из спальни. — Ну, теперь говори, — сказала она ему уже в гостиной.

— За сегодняшний день я прошу прощения, — неожиданно трезво заявил Камил и смущенно пожал плечами.

— Но ты хоть понимаешь, что речь не только о сегодняшнем дне? До чего мы дошли? Ты представляешь себе, что год назад мог бы допустить нечто подобное? Я не могу. И больше того, я боялась, что ты можешь меня ударить. Я не боли боялась. Но такое больше не повторится. Это точно.

— Виноват, — повторил Камил растерянно, не поднимая глаз от стола. — Но ты ведешь себя вызывающе. И не только со мной. Я как между двух огней. Ты и мама.

— Ты не ребенок, Камил.

— Будем жить одни, все переменится, — предположил он, неприязненно глядя на дверь в соседнюю комнату. — Если бы еще и папа хоть немного захотел, у нас давно была бы квартира.

— Опять папа… Попытайся хоть однажды сделать что-нибудь сам. Вот это злит меня бесконечно. С каждым пустяком ты идешь к нему.

— Действительно, иногда я кое о чем у него спрашиваю, а ты возводишь в правило. Меня это раздражает. Зачем ты все преувеличиваешь? Сама говоришь, что хотела бы уважать меня, и тут же делаешь из меня дурака. Где логика?

— Я хотела бы уважать тебя, конечно, но сейчас, к сожалению, не за что.

— Гм. Не за что. — Он развел руки, как бы желая охватить ими тонну книг на двенадцати языках, письменный стол с блестящей пишущей машинкой, черный солидный рояль. — Не за что, — повторял он обиженно.

— Камил, не будь таким…

— Каким?

— Размахиваешь руками и кричишь, как торговец на ярмарке. Но это еще не все. Ты не один на свете.

— Ты хочешь сказать, что я не люблю Дитунку?

— Это было бы ложью. Ты ее любишь. Когда у тебя есть настроение, ты с ней играешь. И только. А как ты мне помогаешь по дому? Только купаешь девочку, и то тебе вечно некогда. Хоть бы убирал за собой… Понимаешь, какое-то время это можно — прибежать с работы, приготовить обед и крутиться весь вечер. Но если человек превращается в прислугу, тогда конец.

Камил скептически усмехнулся.

— Мужчина в фартуке выглядит по меньшей мере смешно. Нет, женщин понять невозможно. Им нужно видеть мужика на кухне, в фартуке и шлепанцах, а при виде нормального парня в брюках они ревут, что неудачно вышли замуж.

— С каких это пор ты стал разбираться в женской психологии? — спросила она иронически.

— Мама всегда все делала по дому сама, хотя тоже работала.

— А я не хочу быть как твоя мать. С этим ты должен примириться, если тебе хоть немного важно, чтобы мы жили нормально.

— Угроза?

— Нисколько. Ультиматум — это последнее, что я бы хотела тебе предложить.

Камил задумчиво покачал головой, усмехнулся и поднял руки в знак того, что сдается.

— Ну хорошо. Принимаю к сведению.

— Этого мало.

— Я исправлюсь.

Здена взглянула на часы. Половина второго, пора спать. Утром еще нужно приготовить для Дитунки вещи в дорогу…

Камил щелкнул пальцами, как будто только сейчас о чем-то вспомнил.

— Около десяти за нами заедет один мой кореш. Я обещал ему помочь кое в чем на даче.

Здена подозрительно посмотрела на него. У Камила не так уж много друзей, она считала, что за два года познакомилась со всеми.