Сергей Мавроди - Сын Люцифера

И лишь одно чуть мешает и чуть отвлекает. Это противная девица, спокойно сидящая на соседнем стуле и с холодной усмешечкой за всем этим наблюдающая.

Потом было ещё несколько раз. Нина Васильевна окончательно отбросила всякий стыд (да и чего теперь стесняться-то!) и бегала в соседний лагерь при каждом удобном и неудобном случае. «Как собачонка к хозяину… к хозяевам!» — иногда с горечью думала про себя она, но тут же и забывала про все эти свои невесёлые и горькие мысли. Ибо это было сильнее её. Ёе теперь тянуло туда неудержимо. Да и ребятки сами иногда… наведывались… навещали… Как никто ничего не замечал! — это просто было чудо какое-то! Уму непостижимо!

И вдруг всё внезапно кончилось. В один прекрасный вечер девица (Нина Васильевна так и не удосужилась даже выяснить, как же её хоть звали-то?..) явилась к ним в лагерь одна (все как раз ужинали) и с невинным видом сообщила, что «мальчики вчера уехали”!..

— Как уехали!? — побелевшими губами только и смогла вымолвить потрясённая Нина Васильевна и чуть не выронила чашку с чаем. Руки её затряслись. — Как уехали!!?

— Так! — беззаботно улыбнулась девица, казалось, не замечавшая её состояния. — Практика кончилась — и уехали. Я тоже завтра уезжаю.

Нина Васильевна! — всё так же лучезарно улыбаясь, обратилась она к неподвижно сидящей, убитой совершенно женщине. — Можно Вас на минуточку? А то мне завтра некогда уже зайти будет, а я Вас хотела тут кое о чём попросить. Помните, мы тогда говорили? — ну, по нашей, женской части… А то мне при мужчинах неудобно… ну, Вы понимаете! — улыбка её, обращённая ко всем сидящим за столом и к мужу Нины Васильевны прежде всего, стала совсем ослепительной.

Нина Васильевна, оглушённая всеми этими новостями, ничего почти не осознавая, встала и послушно за ней последовала. Она решила вдруг неожиданно, что это, наверное, что-то от ребят. Девица эта ей сейчас передаст. По их просьбе. Телефон, может быть, адрес… Письмо, возможно… записку… Но что-то от них наверняка!!

— Сюда, сюда, пожалуйста! — девица поманила её куда-то вглубь лагеря. Нина Васильевна, с некоторым недоумением (куда это она?..) но покорно, тем не менее, направилась вслед за ней. Девица зашла за кусты. Нина Васильевна тоже сделала было два шага и тут же остановилась как вкопанная. Девица была теперь не одна. Рядом с ней стоял шофёр.

— Отойди на секундочку! — не допускающим возражений тоном приказала ему девица. Тот удивлённо пожал плечами, но отошёл.

Девица сунула руку в карман и с мерзкой улыбкой протянула Нине Васильевна какие-то фотографии. Та, не понимая ещё ничего, машинально взяла. Господи-боже! Это была она!! С Вадиком… с Толиком… с обоими!.. Во всех позах и видах! Господи-боже!

— Всё понятно? — прошипела эта подлая, ухмыляющаяся тварь. Нина Васильевна молча подняла на неё глаза. Она была в шоке. — Обслужишь его сейчас, и всё, — девица кивнула на переминающегося с ноги на ногу и с любопытством поглядывающего на них шофёра.? Я завтра уезжаю вместе с фотками. А иначе!.. — её юная мучительница выразительно покачала головой.

— Зачем ты это делаешь? — тихо-тихо прошептала совершенно раздавленная, ошеломлённая Нина Васильевна. — Зачем?!

— А нечего было мне тыкать при всех! — гаденько оскалился это маленький злобный крысёнок. — Помнишь, тогда при первой встрече? Я ничего не забываю. Ишь, фря какая выискалась! Обычная шлюха, а строит из себя невесть что. Тоже мне! Иди вон, соси теперь у Петьки, ссс-сука! Соска дешёвая! Дырка вонючая. Пшла!! А я посмотрю.

Эй, Петь! — громко позвала практикантка.

Шофёр с недовольным видом подошёл.

— Можешь использовать Нинку по своему усмотрению. Не стесняйся! Во все дырки, куда хочешь. Она даcт. Дадите ведь, Нина Васильевна? Правда?

Но самым ужасным было последнее воспоминание.

Когда она, кусая до крови губы и глядя в небо, уже лежала на спине, на песке с задранным до живота платьем и широко раскинутыми ногами, и этот отвратительный, грязный весь какой-то, потный шофёр, навалившись на неё всем телом и жадно лапая одной рукой за грудь, сопя от предвкушения и наслаждения, просто расстегнув ширинку и не потрудившись снять даже своих рваных засаленных брюк, на глазах у этой, злорадно наблюдающей за всеми его манипуляциями молоденькой стервочки, деловито, по-хозяйски как-то обстоятельно и неторопливо, входил… проникал… ну, в общем!.. ну, словом, брал её! овладевал ей!! — в этот самый миг она вдруг ощутила непостижимым образом оргазм! Причём сильнейший!!! Невероятный!!!!! Острый, пронзительный! Восхитительнейший!!!! Всё тело её содрогнулось несколько раз в сладостных конвульсиях, и она даже, кажется, потеряла на некоторое время сознание. Мгновения слились, остановились в одной ослепительной вспышке. Как будто это немыслимое унижение переплавилось неким неведомым образом вдруг в столь же немыслимое наслажденье. Какое ни один обычный секс дать не может. Даже самый изощрённый и утончённый, c самыми опытными и умелыми партнёрами. Даже с этими… двумя мальчишками она не испытывала ни разу ничего подобного. Это было ужасно, чудовищно… постыдно! но это было!! Было!!!