Соня Дивицкая - Замуж срочно!

Духота отпускает только к вечеру, только после заката, но дети не могут дождаться прохлады, и уже после полдника выходят на площадку играть в футбол. Какой-то малый промахнулся, мячик вылетел и несется прямо на шоссе. Стремительно несется под колеса глупый мячик. Под тенью платанов проходят серьезные взрослые люди, они не собираются спасать этот мяч, они его вообще не видят, летящий мяч заметил только Слободан. Он сделал шаг навстречу и отправил мальчишкам легкий небрежный пас «щечкой», не выпуская из рук своего чемодана.

Да, он еще не наигрался. Ему за шестьдесят, но он еще мальчишка. Его детство никогда не закончится, потому что детство у него украли. В сорок втором, когда Слободану было всего восемь лет, венгерские фашисты угнали его в рабство, к себе на стройку. «Я был совсем ребенком, а мне давали таскать большие ведра с известкой и песком, поэтому я вырос таким сильным, а мог бы умереть там… Но не умер, не такая у меня судьба…»… Об этом он тоже расскажет чуть позже, когда познакомится с нашей Вероникой, поезд уже приближается.

Вероника, в тот год она была блондинкой, уже расположилась в своем купе. В розовой маечке, которая очень ее освежает, в легких джинсах, которые ее стройнят, она посматривает в окошко и немного грустит. Закончились белградские холмы, пошла равнина. На зеленом просторе под ярким небом проплывают черепичные крыши. Старые церквухи торчат своими острыми макушками еще со времен Австро-Венгрии, и розы, повсюду пышные красные розы длинными плетями свисают с беседок. Красота. Еще и аист приземлился на макушку какой-то развалюхи, спокойно свил гнездо практически под высоковольтными проводами железнодорожной линии. И ничего, никто его не съел, не подстрелил, народ кругом доброжелательный. «Да если бы не факультет, если бы не студенты, то я бы век отсюда не уезжала», – вздыхает наша Вероника. Ей очень нравится Югославия, так она по привычке называет эту страну, несмотря на все геополитические перемены. Она считает это маленькое государство своей второй родиной, и у нее есть основания. Отец нашей Вероники был сербом, а мы не знали, мы не понимали, в кого это она такая высокая и общительная.

Историю знакомства своей русской матери и отца-серба Вероника непременно расскажет Слободану чуть позже, когда они встретятся. А я немного забегу вперед и сразу введу вас в курс дела. Это было военное знакомство. Во время Второй мировой войны отца Вероники взяли в плен и угнали в Германию работать. С пересыльного лагеря его продали в ресторан, который находился в небольшом немецком городе. Мать Лидии тоже попала в плен, ее как всех гастарбайтеров вывезли из Советского Союза и в том же пересыльном пункте продавали как рабыню, там ее и купила хозяйка того же самого ресторана, куда попал и отец. То есть, по сути дела, эта немка соединила молодую пару и не ошиблась. Они, конечно, сразу понравились друг другу и не могли поверить, что им так повезло, ведь их могли бы купить на стройку, могли бы угнать на траншеи, могли бы просто сжечь в концлагере, а тут такое счастье – ребята попали в семейный ресторан. К счастью, хозяйка вовсе не была сторонницей Гитлера и даже помогла определить мать нашей Вероники в местный роддом. Вероника родилась в Германии весной сорок пятого года, когда наши войска были уже на подходе.

Немецкая хозяйка молодую пару полюбила, так что даже плакала, когда прощались. Эта странная женщина хотела им сделать немецкие паспорта, чтобы они вместе могли поехать в любом направлении. Дома вас ждет решетка, – так говорили американские солдаты, и некоторые русские их послушали и разбежались по Европе. Отец Вероники просил ее остаться с ним, в Германии, но, конечно, мать Вероники хотела домой, в Советский Союз, для нее другого пути просто не существовало. Отец Вероники собрался вместе с ней, и они с грудным ребенком на руках пошли сдаваться нашим властям.

На сборном пункте всех построили в шеренгу. «Русские – шаг вперед!» – раздалась команда. Отец Вероники крепко схватил ее мать за руку, он уже понял, что жену нельзя отпускать. Она не послушала, советская девушка, ей сказал командир – шаг вперед, и она пошла с маленькой дочкой в пеленках. Под белы ручки ее забрали в военный эшелон, и только тогда выяснилось, что иностранцев в Союз не впускают. Мать поехала на родину, а отец остался, с тех пор они больше никогда не виделись.

Каким-то чудом мать Вероники не посадили, хотя обвинения в шпионаже и предательстве были. После допросов в КГБ она пыталась покончить жизнь самоубийством, потом решила скрыться, переезжала из одного города в другой… И, конечно, никаких разговоров о том, чтобы ее выпустили за границу, быть не могло. В общем… это обычная история для того страшного времени. Непонятно только, почему оно породило таких романтичных и легкомысленных людей, как Вероника и Слободан.