Элизабет Страут - Когда все возможно

Чуть замешкавшись после слов сестры, Люси как-то растерянно переспросила:

— Что ты сказала?

— Просто со мной однажды именно так и поступили, — сказала Вики. — У нас на обед было мясо, — она яростно поскребла шею, — точнее, печенка. А я ее ненавидела, ей-богу, ненавидела! Но мама считала, что у нас в крови чего-то не хватает — ну, не знаю, красных кровяных телец, что ли, а может, чего-то еще, — и где-то раздобыла здоровенный кусман этой проклятой печенки. Это был такой ужас! В общем, я совала куски в рот, а потом ходила и выплевывала их в уборную, а этот чертов унитаз никак не хотел их смывать, и куски печенки так там и плавали, а когда они это увидели…

— Стоп! — Люси и подняла руку ладонью вверх, призывая сестру к молчанию. — Мы все уже поняли.

Но Вики, похоже, разозлил этот жест, и она сказала:

— Что ж, я очень даже хорошо помню, что и тебя, Люси, и тебя, Пити, тоже заставляли доставать из выгребной ямы то, что вы туда выбросили, и съедать это! — Для пущей убедительности Вики даже пальцем дважды потыкала в сторону кухни. — Да-да, я сама видела, как вас заставляли вставать на колени и выбирать из помойки всю еду, которую вы потихоньку туда бросали, а потом и съесть ее прямо там, возле выгребной ямы. А когда вы начинали плакать… Ладно, ладно, я больше не буду. Но послушайте, я не могу понять, почему вы, ребята, есть никогда не хотите. Как, впрочем, не понимаю и того, почему я и могу, и хочу есть.

Люси протянула руку и погладила сестру по колену. Но Питу этот жест показался несколько вынужденным, как если бы Вики была ребенком и ляпнула что-то недопустимое, а Люси, будучи женщиной взрослой, старается это замять.

— Как твоя работа? — спросила Люси у сестры.

— Работа как работа. Довольно вонючая.

— Вот как? Жаль это слышать.

Пит посмотрел на стену: там, где он провел пальцем, стирая слой пыли, остались длинные светлые дорожки и множество грязных отпечатков.

— Еще одна порция правдивых слов? — Вики слегка подвинулась назад и выпрямилась, садясь поудобней. — Хотя, знаешь, на днях у меня забавная штука вышла. У нас есть одна старая дама, ее зовут Анна-Мария, так она с тех пор, как я там работаю, ни разу с инвалидного кресла не вставала и за все эти годы ни одного словечка не произнесла, и естественно, все твердили: ах, Анна-Мария совсем из ума выжила, даже разговаривать разучилась, только и может, что на инвалидном кресле повсюду раскатывать да на людей налетать. А тут стою я возле сестринской и вдруг чувствую, меня кто-то за руку берет. Смотрю, а это Анна-Мария в своем кресле подкатила ко мне и говорит , улыбаясь во весь рот: «Привет, Вики!»

Питу рассказ сестры доставил огромное удовольствие. Он прямо-таки чувствовал, как внутри у него теплой жидкостью разливается счастье.

— Какая чудесная история, Вики! — сказала Люси.

— Да, это было очень мило и приятно, — признала Вики. — Хотя вообще-то там никогда ничего приятного не случается, можете мне поверить.

И тут Пит, словно вдруг что-то вспомнив, попросил:

— Вики, расскажи Люси о Лайле. Как она собирается поступать в колледж.

— Ах, это… — Вики снова принялась яростно расчесывать шею, и на коже уже появились красные полосы. Затем она осторожно глянула на собственные пальцы и сказала: — Да, моя младшенькая, Лайла, и впрямь, может, на будущий год в колледж поступит. — Она подняла глаза и посмотрела на Люси. — Оценки у нее очень хорошие, и школьный консультант считает, что у нее есть все основания поступить в колледж со стипендией. В точности как ты в свое время, Люси.

— Серьезно ? — Люси чуть не свалилась, сдвинувшись на самый краешек дивана. — Вики, но ведь это же здорово!

— Да, наверное, — сказала Вики, задумчиво подергала себя за нижнюю губу, потом слегка ее прикусила.

— Ну конечно, здорово! — снова воскликнула Люси.

Вики убрала ото рта руку, вытерла пальцы о брюки и сказала:

— Ага, а потом она возьмет и навсегда отсюда уедет, как ты когда-то.

Пит заметил, как мгновенно изменилось лицо Люси — ей словно влепили пощечину, — и она тихо сказала:

— Нет, она не уедет.

— Это почему же? — Вики опять попыталась сесть поудобней и, поскольку Люси промолчала, решила сама ответить на свой вопрос и несколько жеманным тоном, явно изображая сестру, сказала: — Да потому, глупая Вики, что у нее совсем другая мать, чем у тебя! Ну, спасибо тебе, сестрица!

Люси на секунду устало прикрыла глаза и ничего не ответила.

А Вики, оглянувшись на Пита, сказала: