Наталия Терентьева - Феечка

– Я пойду, – сказала я.

– Материал не будешь смотреть? – удивился Андреев.

– Нет.

– А как же практика? – слегка усмехнулся он.

Какой у него говорящий взгляд. Чего только я не прочитала в этом взгляде…

Ульяна взглянула на меня вопросительно. Я выдержала и ее взгляд. Если она хочет быть буфером в играх Андреева с Лариской – пусть будет. Я не хочу. Я, конечно, абсолютно не уверена, что все мы сейчас смотрели одну и ту же ее фотографию… Может быть, так совпало… Может быть, ему просто что-то неприятное написали… Но думаю, что я не ошибаюсь. В студии появился четвертый человек, и третья женщина. И у этой женщины были все права, а у нас – точнее, лично у меня – никаких.

– Мне нужно готовиться к семинару. Если я больше не нужна сегодня, я пойду, – сказала я, взяла свое пальто, шарф, шапку и пошла к двери. Пока я шла, несколько секунд, я отчетливо чувствовала сомнения Ульяны. Если бы я обернулась, я бы увидела ее глаза и вопрос в них – уходить ли ей или оставаться одной. Но я не обернулась. Лишь у двери спросила, не глядя на нее:

– А ты?

– У меня все готово к семинару, – ответила Ульяна. – Я еще побуду, посмотрю отснятое. Мне интересно…

– До свиданья! – сказала я обоим.

– До свиданья, – немножко удивленно ответил Андреев, – Надя… феечка…

Я чуть было не осталась. Я остановилась в конце коридора, пошла обратно. Потом опять к выходу. Вышла на улицу. Я понимаю, наверное, как однажды люди начинают курить. Вот тут герой или героиня бы закурили и, втягивая и выпуская дым, стояли бы и думали, что им дальше делать. А я просто стояла и думала. Вот сейчас я уйду, Ульяна подойдет к Андрееву и… и – что? Нет, я не могу об этом думать… Или Андреев подойдет к Ульяне и… Но для этого надо, чтобы она ему нравилась, он же ее совсем не знает. Будут задушевно разговаривать… Пойдут куда-то обедать… найдут столько точек пересечения… он в нее влюбится… а мог бы влюбиться в меня… он так это сказал… «феечка»… ведь я всё понимаю, я тоже могу так разговаривать, как Ульяна… умно… Но я не такая бойкая… чуть менее бойкая… скажем так… а ему нравятся бойкие… Лариска – огонь, это понятно… но они же расстались с Лариской… или нет? Или это форма их существования? Как романтично – он здесь, одинокий, с собакой и котами, двумя распрекрасными котами, которых так любят его подписчицы (заочно), а далекая недоступная Лариска – за океаном, в легкой курточке, коротких джинсах, с тонкими щиколотками и нежными розовыми губами, смеется в камеру, и кто-то ее фотографирует. «Кто?!» – думает Андреев. Так пусть Ульяна с ним остается. А он думает о Лариске. Нет, я так не хочу.

Всё, решено. Я дошла до проходной. Мы входили вдвоем, охранник еще сказал мне: «Будешь старшей, с тебя – спрос…». Но сейчас он ничего не спросил, даже головы не поднял. Все фикция, значит. Никакого спроса ни с кого нет. Странное вообще это место… Странная, порочная система… Индусы продают ткани, которые делают китайцы, очень бедные китайские женщины обслуживают прядильные станки и красильные аппараты, здесь ткани продают оптом, наши барыги с мордами поперек шире покупают уже недешевые рулоны и ставят втридорога в магазины, так что цены у тканей, особенно у натуральных или полунатуральных, – заоблачные. Может быть, человечество когда-нибудь вернется к простому и правильному распределению своих богатств? Каждый будет брать не больше и не меньше, чем ему нужно, и отдавать столько, сколько сможет… Кажется, где-то я уже это слышала…

За мной увязался какой-то темнокожий человек, я сначала думала, что это индус, но потом разглядела – нет, другой. Он забегал то с одной стороны, то с другой, пытался что-то говорить, предлагать, куда-то звать, махал рукой в сторону какой-то машины… Поняв, что я не скажу ни слова, он грязно меня выругал, пнул сугроб ногой (хорошо, что не меня!) и ушел прочь. Мир мужчин. Мне он активно не нравится. Мне на самом деле не нравятся их законы, как и Ульяне. В этом мы схожи. Мы во многом с ней схожи. Только я бы, наверное, не осталась наедине с Андреевым, который – я уверена – день и ночь думает о своей сбежавшей Лариске. Прекрасной, стройной, как девочка, коварной, самостоятельной и крайне глупой. Неотразимое сочетание на самом деле, даже для такого умного мужчины, как Андреев.

Как же не любить такую женщину, которой всегда рядом нужен он? Которая без него делает и делает глупости и посылает ему фотографии из-за океана – ставя их в публичную Сеть. А вдруг еще кто-то решит – там, за океаном, – что Лариске нужна его помощь? Что без его мозгов, силы и капиталов прекрасная Лариска пропадет? Что тогда будет делать Андреев? Прыгать с одного из недавно отремонтированных московских мостов?