Ольга Фикс - Темное дитя

Или главное – шалахмонесы?

Мы с Тёмкой заранее прошлись по рынку, чтобы успеть до толчеи, и накупили там всего самого необходимого: шоколадок, леденцов, карамелек, крохотных пакетиков с соком, пятидесятиграммовых бутылочек с колой и настоящим вином, треугольных пирожков с маком, погремушек, трещоток…

Худо-бедно, а с десяток корзинок я собрала – для подружек по ульпану, для Даньки с ребятами, для соседей, с которыми здороваюсь на постоянной основе, для ребе с ребецин, для марокканца и его семьи. И так просто, про запас. Праздник же, вдруг кто-нибудь зайдет, будет неудобно.

– А Жан-Марку что?

– Ничего. Мы с ним больше не общаемся.

– А вдруг мы его случайно увидим на улице? И вдруг он сам тебе что-нибудь подарит?

Мне не хочется ее разочаровывать. Видно ведь, что ребенок скучает.

– Навряд ли, Тём. Ну если случайно встретим, так и подарим ему… что-нибудь случайное. А ты какой хочешь быть принцессой? Средневековой, звездной, морской или, может, с дальних тропических островов?

Тёмкины глаза загораются.

– Да! Хочу с островов! А на островах какие принцессы?

– Ну, они такие – в набедренной повязке и с бусами, – коварно предполагаю я.

Такой наряд я и сама могу смастерить.

– И все?

– Конечно! Там же жарко.

У нас, кстати, тоже не холодно. Хотя на календаре только март, на улице третий день держится хамсин. Пыль, жара, духота. Небо, точно засыпанное рыжеватым песком.

Хамсин – по-арабски полтинник. То есть в году должно быть не больше пятидесяти таких дней. Логично, а то б все давно уж повымерли. Короче, начинаю загибать пальцы.

– А корона у меня будет?

– Конечно! Корона, само собой! Какая ж без короны принцесса? Корону я тебе куплю! Как раз к нам в лавку к празднику завезли! И бус навезли пластмассовых, каких хочешь! Придешь ко мне и сама выберешь.

Праздник начинается с вечера. В сумерках улицы Иерусалима начинают заполняться гномами, эльфами, принцессами. Храбрыми наполеоновскими солдатами, римскими легионерами, маккавеями, крестоносцами. Феями, драконами, лесными и сказочными зверями, а также самодвижущимися предметами.

Только что мимо нас прошествовали гигантский пакет молока – о ужас! – в обнимку с сосиской. Сзади их, пыхтя, догоняло бумажное ведерко с попкорном.

– Ребят, ну куда вы дернули-то? Подождите, мне ж трудно в этой штуке ноги переставлять!

Все пока что трезвые и серьезные. По обычаю, прежде чем веселиться, сперва принято прослушать историю Эстер. Поскольку без нее не было б вообще никакого праздника. Подвиг царицы заключается в том, что она когда-то без разрешения заговорила со своим мужем. Случилось чудо, и царь ее за это не убил. А мог бы, такие тогда были нравы.

Мы с Тёмой направляемся слушать к раву. Тёма – настоящая экзотическая принцесса. Она в черном спортивном трико и «травяной» юбочке, наспех сооруженной мной из зеленой скатерти с бахромой. Руки и ноги сестренки густо унизаны браслетами, на шее болтается не меньше дюжины ярких бус. На голове сверкает золотая корона. Все из лучшей в мире пластмассы, мэйд ин Чайна.

Для полной аутентичности Тёмина светлая кожа приобрела кофейный оттенок. Вместо льняных косичек из-под короны топорщатся черные кудряшки. Опять-таки никакого волшебства – просто парик и тональный крем.

Всю дорогу Тёма радостно приплясывала и веселилась, то и дело дергая меня за рукав, чтобы обратить внимание на какой-то особенно интересный костюм.

Я уныло плелась за ней в черной маске и с наскоро привязанным сзади полосатым хвостом. Хвост остался на память от разодранной Тёмкой в клочья когда-то любимой моей игрушки – Тигрика – и случайно, в последнюю минуту попался мне под руку.

– Соня, а ты кто? Кошка? Тогда, хочешь, я тебе сделаю кошачьи уши?

– Давай! – опрометчиво согласилась я. – Гулять так гулять!

И в то же мгновение почувствовала нестерпимый зуд. Уши сделались горячими и как бы распухли. Схватившись за них руками, я рванула к ближайшей витрине, испуганно вглядываясь в свое отражение. Мои родные маленькие, спрятанные обычно под волосами уши выступили наружу острыми кошачьими фунтиками и покрылись шерстью!

– Мама! Божечки! Тёмка, что ж ты натворила?! А это будет опять как раньше?!

– Конечно! Как только кончится праздник.

Тёма самодовольно оглядывает меня:

– Здорово! Тебе идет! Хочешь, я тебе еще и усы наколдую?

– Ой нет! Спасибо, не надо.

В квартире у рава собрались все свои. Не больше ста человек: семья, дети, внуки, правнуки, самые преданные ученики. Все расселись и обратились в слух. Даже дети на какое-то время притихли.