Алекс Бранд - Выбор [СИ]

— Простите меня, но… Клайд запретил мне что-либо говорить. Да и не знаю я ничего такого.

Чувствую досаду… Может, я уже подвела Клайда, Гилберта. Злюсь на себя, что не сумела сдержаться в коридоре. Что на меня нашло? Я ведь уже знаю, что Найт — человек Гилберта, он не сделает мне ничего плохого. В день «Спенсера» он разыскивал меня, чтобы помочь, не дать выйти в город. А поезд… Вокзал… Это в прошлом. Хотя я до сих пор его побаиваюсь. Досада видна и в глазах Беллы, она обижена. Пусть. Переживет, вдруг подумалось коротко и почти грубо. Мысленно усмехнулась, мама бы сказала — это Клайд так на тебя влияет? Да, мамочка, ты права. Я меняюсь. Надеюсь, после того, как все закончится, я останусь все той же веселой и задорной Робертой, пусть и изрядно растерявшей доверчивость и наивность.

Сестры переглянулись, Майра чуть пожала плечами и спокойно произнесла, как будто ничего не произошло.

— Берт, мы тогда тебя пока оставим, отдохни, приходи в себя.

Она посмотрела на часики.

— Ужин в семь, так что есть ещё время, располагайся. Белла…

Они встали, я последовала за ними до двери, чтобы проводить. Белла вышла первой, молча кивнув мне, обиделась? Майра тихо шепнула мне, прощаясь.

— Не обращай внимания, она такая, если не получает то, что хочет, обижается. Но быстро отходит. А я все понимаю, так что не волнуйся.

Она показала на дверь дальше по коридору.

— Это моя комната, так что мы соседки. А там — Белла. Комнаты Гила и отца с матерью — в другом крыле, потом покажу. Хочешь, перед ужином загляну к тебе, помогу чем-нибудь?

— Да. Майра, спасибо тебе за все. И не сердись, я правда не хочу как-то подвести Клайда, Гилберта, всех вас… нас… И я действительно почти ничего не знаю.

Она улыбнулась и вдруг положила ладонь на мое плечо.

— Все хорошо, Берта, успокойся. Теперь отдыхай.

Дверь в комнату тихо закрывается, и я, наконец, остаюсь одна. Несколько мгновений смотрю на нее, как будто опасаюсь, что они вернутся. Нет, в коридоре тихо. Смотрю на ручку двери, под ней — ключ, могу запереться изнутри. Подношу руку, чтобы повернуть его… И отнимаю в последний момент, почему-то мне кажется, что этого делать не надо — никто не войдёт сюда без моего разрешения. Провожу кончиками пальцев по светло-коричневому отполированному дереву… Как же далеко меня занесло, всего неделю назад я была в отчаянии, чувствовала приближающуюся смерть. И вот я в доме Грифитсов — и снова тревога и неизвестность. За счастье нужно платить, Роберта, ничто не дается даром. А если сейчас за наше с Клайдом счастье невольно платит его дядя? Господи… А если — Кэтрин? Ничто не дается даром… Нет, не хочу, не буду об этом думать, лучше дождусь новостей от Клайда. Поворачиваюсь спиной к двери и медленно оглядываю комнату, я даже не успела ее рассмотреть как следует. Большая, с широким окном, палевые тисненые обои добавляют ощущение света и простора. Подхожу к окну и осторожно распахиваю створки, в комнату хлынул свежий майский воздух, чувствуется запах свежескошенной травы, откуда? Выглядываю наружу, внизу большая лужайка, наверное, ее недавно подстригали, оттого и запах. Напротив вижу ещё один внушительный особняк, интересно, кто там живёт? Может, даже и Сондра? Она где-то рядом, может, смотрит на меня сейчас из окна напротив… Или из соседнего, там занавеска дрогнула… От этой мысли стало неуютно, выпрямилась и задернула тюлевую штору, спрятавшись за ней. И тут же снова почувствовала досаду — почему я прячусь? Что плохого я сделала? Я в доме родственников мужа и что бы кто ни думал — имею право тут находиться. Все это, конечно, правильные слова, но… Я все-таки не родилась в таком доме, я тут не по праву рождения. Я… Внезапно мои губы изгибает усмешка, какая-то не моя… Право рождения. Я — Олден! Если бы они узнали, кто я и чей прямой потомок… Что бы они сказали? Аристократия… И среди них я — первая. Да, я все еще «девочка с фермы», моя семья — бедные безвестные люди, никакого сравнения с блестящим обществом Ликурга… Почувствовала стыд. Как я могла так подумать о своих родителях? Папа, мама, простите меня. Просто столько всего со мной сейчас происходит, голова идет кругом, я совсем запуталась. И очень устала. А с аристократией и моим происхождением мы как-нибудь разберемся. Пока же пусть никто об этом не знает, свёрток со старыми документами мы надёжно спрятали в тайник коридора перед отъездом и решили — будем помалкивать.

Оставляю окно открытым, пусть идёт свежий воздух. Какой большой трельяж… Тоже видела такие только в кино, очень необычно чувствую себя, стоя перед ним. А это что? Четыре лампочки по бокам зеркала, вот и выключатель. Приятный теплый свет, только вот мое лицо… Бледное, синева под глазами, пересохшие губы. При свете все это выступило еще резче, досадливо щелкнула выключателем. Надо напиться вволю, где тут был графин? Вдруг почувствовала, что проголодалась, на миг пожалела, что отказалась от чая. К нему наверняка что-нибудь бы принесли… Ничего, потерплю до ужина, сказали, в семь часов. Надо отдохнуть. Может, не пойти, попросить принести его сюда? Отговорюсь усталостью, и ничего страшного. И буду сидеть тут взаперти одна, ждать Клайда… А когда он сможет прийти, неизвестно. Нет. Я отдохну и спущусь вниз, меня пригласили и невежливо будет тут отсиживаться, Майра так добра ко мне, да и миссис Грифитс оказалась совсем не такой страшной, как я себе вообразила. Мне сейчас надо есть для двоих, себя и дочери. Не поужинаю — влетит от Клайда. Пойду. Только надо переодеться в домашнее и прилечь на эту большую, даже на вид мягкую и удобную кровать. Наверняка не скрипучую. Печально улыбнулась, нам с Клайдом не проверить это сегодня, не пришлось бы вообще спать одной. Я уже отвыкла от этого за десять дней, мне будет холодно и одиноко. Опять я себя настраиваю на нехорошее… Сундучок осторожно ставлю в угол, чемоданы разложу потом, достала только свои принадлежности, полотенце и домашнее платье с ночной рубашкой. А где тут… Вдруг испугалась, что придется идти искать кого-нибудь и спрашивать дорогу. Я умру от смущения… Уфф, не придется, вот она, небольшая дверь в дальнем углу. Мне уже давно надо, при Белле с Майрой не хотела туда идти. И еще сейчас два стакана залпом выпила. Я еще даже при муже стесняюсь иногда… Вот, теперь все хорошо, и можно, наконец, лечь. Сразу накрыла дремота, стоило положить голову на подушку и укрыться легким одеялом. Последняя мысль была, Клайд, любимый… Как ты, где ты, я с тобой, я жду тебя…