Сергей Магомет - Сильные впечатления

— Я готова, — ответила Маша, невольно скользнув глазами по комнате и представив себе две сдвинутые вместе кровати.

Они вместе вышли в пустой коридор и направились к лестнице. Прежде чем спуститься вниз, они не сговариваясь остановились и крепко обнялись.

— Расставаясь с тобой, я всегда буду страдать от мысли, что вокруг тебя столько мужчин, и все они желают обладать тобой… — вздохнул он.

— Но никто из них не желает обладать мной так же сильно, как ты. Разве нет?

— По крайней мере, никому из них ты не будешь нужна так, как мне.

Он улыбнулся и чмокнул ее в нос.

— А что буду думать я, расставшись с тобой, я тебе не скажу! — заявила Маша, которая вдруг почувствовала то, что, наверное, чувствуют все настоящие офицерские жены.

Хотя женой она не была. Да и любовницей, пожалуй, она еще не могла себя считать. Она казалась себе наивной и возвышенной девушкой, которая провожает бойца. Ей представлялось, что она должна стоять у дороги — растрепанная и заплаканная — и махать ему платком.

— Ну, ято и так знаю, о чем ты будешь думать, — заявил Волк.

— Вряд ли, — улыбнулась Маша.

— Ты попытаешься проанализировать и понять, чем я тебя, такую умницу и красавицу, приворожил.

— А правда, чем? — встрепенулась она.

Выдержав многозначительную паузу, он молча взял ее руку и озорно похлопал ею у себя между ног.

— Да вот этим самым. Чем же еще?

Прыснув от смеха, Маша прижалась лицом к его плечу.

В следующую же секунду они услышали чьито недоуменные возгласы и, обернувшись, обнаружили, что с верхнего этажа им навстречу как раз спускается разношерстная делегация, прибывшая на Кавказ с наблюдательной, посреднической и миротворческой миссией. Чинно шествовавшие впереди два буддистских монаха в оранжевых мантиях и следовавшие за ними несколько депутатов и партийных деятелей замерли от неожиданности. Как, впрочем, и сами виновники этого замешательства — Маша и Волк.

— Очень мило! — возмущенно воскликнула какаято стриженая и статная женщина, в которой Маша сразу узнала известную правозащитницу, а та, вне всяких сомнений, узнала Машу. — Для этого они находятся на этой многострадальной земле?!

Буддисты возвели глаза к потолку, а вихрастый и сморщенный человечек в больших очках, тоже, видимо, известная личность, приподнял ладонь, словно заслоняясь от солнца, и громко зашептал:

— Пусть это будет на их совести! Пусть это будет на их совести!.. Давайте продемонстрируем им свою индифферентность!

— Да ведь это позор на весь мир! — не унималась женщина.

— А вы демонстрируйте, демонстрируйте им индифферентность!

Только теперь Маша вышла из замешательства и поспешно отдернула ладонь от полковничьих штанов. Ее начал разбирать нервный смех и, схватив под руку полковника, с искренним любопытством рассматривавшего делегацию, она потащила его вниз по лестнице.

— Как тебе не стыдно, — проворчала она, давясь смехом, — ты ведешь себя, как невоспитанный мальчишка…

— Любимая, ты на меня обиделась? — с притворным ужасом воскликнул Волк, шагая за ней.

В этот миг Маша ощутила к нему невероятную тягу. Так близок и дорог он ей еще никогда не был. Признание в любви едва не сорвалось с ее губ. Она, наверное, отдала бы все на свете, чтобы продлить этот миг.

Им удалось оторваться от соглядатаев, и они уже выходили в фойе. И в этот самый миг, словно продленный по желанию Маши, их путь перегородила возникшая в дверях Татьяна. Она держала в охапке огромный двуспальный атласный матрас. В каких запасниках ей удалось его откопать — неизвестно.

— Ну как? — поинтересовалась у Маши Татьяна, сияя от гордости.

За спиной Татьяны возникли военный с погонами майора и сержант, застенчивый мальчикводитель. Оба они, повелеваемые Татьяной, с легкостью держали на весу перевернутую ребром кровать.

— Здравия желаю, товарищ полковник! — сказал майор, обращаясь к Волку, а также весело подмигнул Маше.

Майора звали Василием, и, вне службы, он был лучшим другом полковника. Маша знала, что он в любой момент был готов прикрыть его своей грудью и относилась к нему с огромной симпатией.

Между тем, краем глаза она заметила, что делегация, спускавшаяся сверху, снова начинает их настигать.

— Привет, Василий, — сказала Маша.

— В мои служебные обязанности, — усмехнулся майор, — входит все, что касается материального обеспечения полковника. В том числе доставка и опробование этого замечательного матраса. Вы меня понимаете, Татьяна?