Геннадий Марченко - Выживший

- Ну, Кузнецов, - как можно спокойнее сказал я. - А в чем, собственно говоря, дело?

- Документики имеются? - проигнорировал мой вопрос капитан.

- Пожалуйста, - протянул я ему временное удостоверение.

Капитан покрутил прямоугольный кусочек плотной бумаги в руках.

- Гражданин Кузнецов, вам придется проехать с нами.

- У меня же билет до Москвы...

- Гриценко, - кивнул капитан одному из подручных.

Тот достал наручники, и мне не оставалось ничего другого, как дать себя 'окольцевать'.

- Мухин, возьмешь его чемодан. Вперед.

Лёгкий толчок в спину придал мне некоторое ускорение. Через минуту меня уже усаживали на заднее сиденье 'ГАЗ М-1', того самого пресловутого 'воронка'. По бокам уселись двое, капитан впереди, четвертый оказался водителем. Как же мне всё это до боли напомнило события трехмесячной давности.

Всё время, пока ехали, я мучился от состояния неопределенности. Понятно, на чем-то я прокололся, просто так в 'мусарню' не заметут, но всё же скорее как Клим Кузнецов, а не Ефим Сорокин. Тогда, выходит, наследил на Базарной улице? Бабка оказалась не такой уж и подслеповатой, запомнила мои приметы? Или тот раненый пришёл в себя и сумел дать показания? Интересно, сколько здесь дают за массовое убийство? Сразу к стенке или всё же можно отделаться пусть крупным, но таки сроком? Да что толку гадать, надеюсь, скоро всё выяснится.

Наше короткое путешествие закончилось в городском отделе НКВД. Меня провели в кабинет к сотруднику, представившемуся майором Лыковым. Выглядел он уставшим, как-будто пару дней не вставал из-за стола или, напротив, всю предыдущую ночь ловил бандитов.

- Присаживайтесь, гражданин Кузнецов, - кивнул на стул майор, сняв очки и потирая переносицу. - Капитан, можете пока быть свободны.

Наручники с меня снимать не торопились, видно, опасались, либо просто тут такие порядки. Я молчал, ожидая, что скажет майор. А тот не торопился, молча закурил папиросу с синим обшлагом, вытряхнув ее из желтой пачки с надписью 'Папиросные гильзы 'Сальве', после чего принялся листать лежавшие перед собой бумаги. Причем делал это так грамотно, прикрывая документы рукой, что, как я ни изворачивался, заглянуть в содержимое этих бумаг не представлялось возможным. Тянет резину, зараза, определенно пытается меня вывести из себя. Не на того напал: человеку, имевшему дело с выкормышами Ежова, одесский следак не так страшен. И всё равно вопрос, заданный майором, глянувшим на меня исподлобья, прозвучал неожиданно.

- Гражданин Кузнецов, на вас поступило заявление о нанесении тяжкого вреда здоровью.

Опа, уже интереснее! Тяжкий вред - это не убийство, насколько я понимаю, и тем более они не подозревают, что я - Ефим Сорокин, положивший одного следователя и крупного чина из комиссариата внутренних дел. Как-то сразу отлегло от сердца. Но посмотрим, что будет дальше.

- Простите, - включаю дурачка, - я не совсем понимаю, о чем идет речь...

- Не понимаете? Жаль... Шигин!

- Я, товарищ майор! - возник в дверном проеме давешний капитан.

- Пострадавшие и свидетели там ещё у тебя не уснули?

- Никак нет, товарищ майор.

- Тогда заводи, проведем очную ставку.

Спустя где-то полминуты в кабинет один за другим вошли трое. Увидев их, я сразу же понял, что мне инкриминируют, потому что передо мной стояли официант из 'Гиацинта', а также девица, пытавшаяся выцарапать мне глаза и один из трех парней, которым я набил морды.

- Ну что, граждане Ещенко, Будникова и Гольштейн, узнаете этого человека?

- А то, он и есть, - кивнул побитый мною молодой человек с желтеющим фингалом на половину лица.

- Он, он это, товарищ следователь, взял и набросился на нас, паразит! - срывающимся на визг голосом поддержала его бабенка.

- Для вас, гражданка Будникова, я не товарищ, а гражданин следователь, - поправил ее Лыков. - А вы что скажете, гражданин Гольштейн?

Официант судорожно сглотнул, попытался что-то сказать, но в итоге смог только кивнуть.

- Вы чего тут киваете? Язык проглотили?

- Узнаю, тот самый, - выдавил из себя официант. - С ним ещё девушка была, я их обслуживал.

Блин, не хватало ещё, чтобы они Варю в это дело впутали. Ладно я, но и ей может влететь, чего доброго, за хождение по питейным заведениям ещё с должности снимут.

- Ну что, гражданин Кузнецов, - это уже ко мне, - признаете, что устроили дебош в кафе, нанеся вред здоровью его посетителей? Между прочим, двое сейчас находятся на лечении, а у гражданина Семенченко и вовсе перелом челюсти.

Отпираться было бессмысленно, однако требовалось внести некоторую ясность.