Джонатан Коу - Срединная Англия

Дуг сказал:

— Ну а какой у них был выбор? Раз уж, по-твоему, Лейбористская партия — такое же барахло.

— Верно.

— Ты бы как проголосовала?

Кориандр, которой восемнадцать исполнялось в июне, от этого решения была избавлена. Пожала плечами.

— Я б тяпнула кофе, — сказала она, вставая.

— Мне тоже завари, ладно?

Пока ее не было, по телевизору объявили еще два результата: Брекон и Рэдноршир — и Йовил. И там, и там проголосовали за тори, с сильным перевесом по сравнению с либерал-демократами. Кампания тори безжалостно перла против своих партнеров по коалиции, и теперь, судя по всему, эти усилия вознаграждались. Но Дуг все еще пытался понять почему.

Что же до самого премьер-министра, традиционным тори он никогда, в общем, не нравился, виделся им слишком столичным и общественно-либеральным. Он, может, и считает введение гей-браков своим главным достижением и гордостью, но дополнительных голосов в Средней Англии ему это принесло немного.

В четыре утра Туикенэм сдался тори и Дуг отодвинул ноутбук в сторону; мысли путались. Туикенэм! Твердыня Винса Кейбла! Кейбл был министром по предпринимательству, президентом Торговой палаты и второй крупнейшей фигурой из либерал-демократов в правительстве. И вот его большинство в 12 000 голосов оказалось сметено. Тори массово резали своих бывших партнеров, уничтожали их. Даже после «отжига» у Ника с Дэйвом за столом кабинета министров… И все-таки результаты, которых Дуг ждал с наибольшим нетерпением, еще не появились. Когда же объявят Юго-Западный Ковентри? Отправил быструю СМС Гейл: «Долго еще?» — и она ответила: «Не знаю. Тут корчи. Ххх».

Светало. Дуг уже собрался отдернуть шторы и впустить первый солнечный свет, но не хотелось мешать Кориандр, она все еще лежала на диване рядом, то засыпая, то просыпаясь.

Так в чем же просчитался Милибэнд? Следить за его кампанией временами бывало больно. С медийщиками ему вечно не по себе, и, как многие лидеры-лейбористы до него, он пытался донести свои соображения вопреки враждебной среде, где целые группы СМИ готовы были броситься на него из-за любой оплошности. Не следует недооценивать действенность кампании «Мейл», постаравшейся изобразить Ралфа, его отца-ученого, как марксиста, который «ненавидел Британию», и намекать, что сын тоже запятнан — генетически.

Ну и конечно, еще и история про сэндвич с беконом. Невероятно, однако это произошло уже почти год назад, и все еще выходит несчастному Эду боком та фотография, когда он в кафе в Новом Ковент-Гардене пытается съесть сэндвич с беконом и получается небольшой казус: сэндвич разваливается у Эда в руках. Два дня назад «Сан» забабахала этот снимок на всю первую страницу и подписала: «Бутерброд в руках у Эда пропал, как свиной хвостик. Через 48 часов Эд, может, начнет вытворять то же с Британией». Вот к чему мы пришли? По-настоящему прогрессивный, реформаторский и уважительный к людям манифест — на одной чаше весов, а на другой — партийный лидер (лидер-еврей, напомню), который старается держаться свободно, поедая свиной продукт, и его поэтому необходимо предъявлять как неловкого на людях и оторванного от простого народа?

Он все еще возился с этим абзацем, который, на его вкус, был слишком многословным и громоздким, — и тут глянул на телеэкран и увидел, что камеры наконец добрались до Юго-Западного Ковентри. Появилась Гейл, с виду уставшая, но в приподнятом настроении, облаченная в парадный темно-синий костюм. По бокам от нее стояли другие кандидаты: впритык слева — оппонент Гейл из лейбористов, остальное пространство платформы занимала привычная диковинная толпа, включая традиционного представителя Официальной чудовищно-бредовой партии полоумных [88] Сатирическая политическая партия в Великобритании, основанная британским музыкантом Дэвидом Эдвардом «Вопящим Лордом» Сатчем (1940–1999). в цилиндре и с громадным фальшивым нарциссом в петлице. Дуга посетила мимолетная мысль, что Англия была и остается очень чудно́й страной.

Но вот объявили результаты — и Гейл уже улыбается и торжествующе вскидывает руку. Большинство голосов за нее было небольшое, но она победила, и на ленточке внизу экрана появилось «Победа консерваторов».

— Да! — непроизвольно выкрикнул Дуг. — Она смогла.

Этот вопль разбудил Кориандр, она неуклюже села и, сощурившись, глянула на телеэкран. Прошло несколько секунд, прежде чем почерпнутые сведения добрались до ее сонного мозга, после чего она повернулась к отцу и произнесла растерянно: