Вильям Козлов - Дети ада

— Верил бы не полез в дом за чужим добром!

— Как же ты теперь будешь мне в глаза-то смотреть? — угрюмо спросил Антон. — Моей жене, сыну да и другим людям?

— Сидеть ему в тюряге, — сказал Иван.

— Ладно, Пашка, поторчи дома, а мы подумаем, что делать, — решил Антон.

— А чтобы тебе не пришло в голову слинять, мы тебя к кровати привяжем, — прибавил Иван.

Веревки нашлись в сенях, там даже на гвозде висели ременные вожжи. Тоже где-то украденные. Привязали на совесть, как это когда-то делали на учениях в десантном отряде. Без чьей-нибудь помощи Пауку никак будет не одолеть эту... веревочную паутину.

Сданный вместе с уликами и письменным признанием в районное Управление милиции Пашка-Паук заявился в Плещеевку вечером на следующий день. Как всегда в подпитии он чинно прошел мимо стоящих у калитки Ивана и Антона к своему дому на опушке бора. Под мышкой он нес две буханки хлеба, мягкая каштановая бородка подстрижена, видно на радостях, что выпустили, забежал в парикмахерскую. Ноги в стоптанных полуботинках были без носок. По словам всезнающей Зинки все носки Пашка сгноил на ногах, а новых теперь нигде не купить, как и многое другое необходимое. Связка носок была украдена из шкафа Ларионовых. Понимая, что на свое приветствие не получит ответа, он отвернул бесовскую рожу в сторону и прошелестел, прижимаясь к противоположному забору.

— Как он будет тебе в глаза смотреть! — поддел приятеля Иван. — Нормально смотрит. У таких людей совести нет.

— Ну вот наша милиция, мать твою! — выругался Антон. — И этого гаденыша отпустили! Почтарка зарубила топором мужа и гуляет себе на воле, вор и наводчик и суток не просидел в кутузке.

Хмурый круглолицый капитан, которому они сдали в Великополе Пашку, нехотя составил протокол, зачем-то переписал номера консервных банок, выложенных Антоном на стол, велел задержанному еще раз подписать его признание, полученное Иваном и Антоном в Пашкином доме, брюзгливо заметив при этом, что составлено оно не по форме. Сержант, находящийся в комнате дежурного, отвел Пашку в подвальное помещение с решеткой на окне. На пороге тот остановился и сказал капитану:

— Они меня к кровати привязали... — потрогал пальцем синяк на скуле. — И в морду разок заехали. Это тоже запишите!

— Шерлок Холмсы! — презрительно заметил капитан, когда Иван поведал ему о проведенном дознании. — Ваше дело подать заявление, а не наводить следствие. Если он заявит, что вы его били, вам же достанется на суде от адвоката.

— Нам надо было расцеловать! — хмыкнул Антон. — Такую мразь убивать надо, как было в старину!

— По-моему, ворам руки отрубали? — впервые улыбнулся капитан. — И на площади кнутом секли.

— Ваши приезжали после кражи, но даже отпечатков пальцев не взяли, — сказал Иван. — И ни к кому не заходили, хотя многие соседи знали, что Пашка замешан.

— Детективов начитались? — усмехнулся капитан. — Отпечатки, экспертиза, баллистика... У нас каждый Божий день в районе кражи домашнего имущества, а не обворованных дач уже и не осталось. Что дадут отпечатки, если воруют мальчишки-школьники? У нас сейчас преступников больше, чем честных людей. А вот врываться к нему в дом и связывать не следовало бы. Это не по закону.

— А воруют только по закону? — свирепо глянул на него Антон. — Гуманность к преступнику и полное равнодушие к пострадавшему. Хорош у нас закон!

— Мы законы не пишем, — сказал капитан. — Мы их придерживаемся в своей работе. Преступники теперь стали грамотные, чуть превысишь — пишут жалобы прокурору, а то и самому президенту.

Вышли из милиции возбужденные, недовольные. Больше Антон, Иван уже привык к таким ситуациям, в Петербурге так же равнодушны к ворам, там убийц-то не разыскать, до мелких ли воришек?.. Паук не сообщил им, где живут Штырь и Белый, сказал, что не помнит. А самим искать в городе преступников сложнее, чем в Плещеевке. И разговаривать с рецидивистами было бы потруднее, чем с не сидевшим еще в тюрьме Пашкой. Вот почему, поразмыслив, друзья привезли признавшегося вора в милицию, надеясь, что там быстро выяснят, кто такие Белый, Штырь и дядя Володя. Но капитан и выяснять не стал — этим займется следователь, а он — дежурный.

Сдав в милицию Паука, они решили заехать на кирпичный завод и там нагрузились красным кирпичом — Антон надумал в скотнике печь сложить. Во-первых, там можно будет варить корм для свиней, во-вторых, ожидавшемуся зимой приплоду будет тепло, а кто знает какая зима нагрянет в 1992 году?..