Я мечтал подойти к ней и поговорить. Через какое-то время я постепенно перестал прятаться, разрешая себе быть увиденным ею и смотреть на нее. Я ждал какого-то знака, намека, что мне позволено подойти к ней, едва различимого приглашения сделать это, но так и не дождался и потому соблюдал дистанцию.
Зо не было рядом, но я все равно видел ее. Когда мимо проезжала машина, похожая на ее голубое «Вольво». Когда слушал некоторые песни. Когда мне на глаза попадалась моя детская фотография, висящая в коридоре. Когда взгляд останавливался на чьих-то поношенных конверсах. Когда я наткнулся на интервью со знаменитой актрисой, ее тезкой.
Это была одна из самых трудных составляющих моей жизни. Я не знал, кому что известно, и не мог спросить. Это казалось слишком рискованным. Если мои ровесники смотрели на меня, то кого они видели? Лжеца и мошенника? Или же воспринимали все случившееся как типичную школьную историю о взлете и падении? Или вообще не замечали меня? Я снова стал хм? Я отставал от жизни в куда большей степени, чем в начале учебного года. И чувствовал себя куда более одиноким, чем прежде. Наступил и остался позади Хеллоуин, и вместо того, чтобы надеть какой-нибудь костюм в пару костюму Зо, я провел праздник у себя в комнате (без такового костюма), как и все прошлые Хеллоуины, начиная с детства. Будучи наивным мальчиком, я гораздо легче переносил одиночество, потому что не знал, что это такое – любить и быть любимым. А сейчас знаю.
Я мог смотреть на Зо только со стороны. Прислушивался к тому, как они с Би смеялись за ланчем. Проходил мимо флайеров, анонсирующих джазовые концерты, понимая, что не могу прийти на них.
Однажды утром в феврале, словно по велению судьбы, мы столкнулись в пустом коридоре. Одновременно подняли головы, встретились взглядами, и вместо того, чтобы с отвращением отвернуться, она улыбнулась. Я так долго не удостаивался ее улыбки, что она сровняла меня с землей, но и одновременно вознесла. Я позволил себе сделать из нее лестные для себя выводы, и дело кончилось тем, что я купил Зо подарок на День святого Валентина. Ежедневник. Я хотел было вручить ей его лично, но, испугавшись отказа, послал по почте. Внутрь я вложил записку: Желаю, чтобы тебе всегда хватало смелости сказать правду . Ответа не последовало.
Пользовалась она ежедневником или нет, не знаю, но я совершенно уверен в том, что она продолжала писать песни. Весной я очутился рядом с кафе «Кэпитол» и просмотрел расписание шоу, вывешенное в окне. Потом, на отдельной афише, увидел имя Зо Мерфи, она выступала одна. Получила право давать сольные концерты. Я отметил дату, но никуда не пошел.
* * *
В тот вечер, когда я во всем признался Мерфи и после того сидел один в машине мамы на подъездной дорожке, я так и не тронулся с места. Но следующей весной мне уже исполнилось восемнадцать, и я наконец смог сесть за руль и поехать.
Это заслуга доктора Шермана. Он вдохновлял меня на то, чтобы я ставил перед собой новые цели, а вождение автомобиля было в самом верху моего списка. У меня ушло полгода на то, чтобы освоиться за рулем, но в конце концов я узнал, каково для ученика выпускного класса самому ездить в школу, и стал делать это перед ее окончанием. На выпускной церемонии, прежде чем вручить нам дипломы, директор Ховард упомянул Коннора. Я не увидел в толпе Мерфи. Или Зо. Но я там был и услышал это.
В тот же день дома я залез под кровать и достал гипс. Имя Коннора было разрезано пополам, но с другой стороны гипс был целым. Я обернул его вокруг руки, и его края сошлись, так что шесть букв слились воедино и образовали слово КОННОР. Сняв гипс, я как будто продолжал видеть его имя на своей коже. И тогда я понял, что никогда не смогу смыть его с руки.
Я нашел школьный ежегодник за восьмой класс. Каждому ученику выделили страничку, чтобы он заполнил ее. Большинство сделали коллажи из семейных фотографий или же изобразили логотипы любимых спортивных команд, кто-то написал вдохновляющие цитаты, взятые из Гугла. Коннор же перечислил свои десять любимых книг. Я решил попытаться прочитать их все.
Потом я изучил каждый пост, что он выложил онлайн. Я также то и дело анонимно перечислял деньги, сколько мог, на «Проект Коннора».
Однажды на стоянке торгового центра я наткнулся на ребят, собирающих на что-то деньги. Но как только услышал голос Аланы и понял, что происходит, тут же развернулся, держа в руках мамин список того, что надо купить, и хотел было уйти. Но вдруг кто-то окликнул меня по имени.
Читать дальше
Конец ознакомительного отрывка
Купить книгу