Дженнифер Смит - Билет на удачу

– Но вот что я думаю, – продолжает Тедди. – Если цель поступления в университет – получение в дальнейшем работы, а цель получения работы – зарабатывание денег…

– Нет, – поспешно прерываю я его, понимая, куда он клонит. – Цель поступления в университет – знакомство с множеством людей, новые знания и поиск самого себя.

– И получение работы.

– Да, – скрепя сердце соглашаюсь я. – Работы, которая будет тебе по душе.

– Но в большинстве случаев – работы, на которой ты будешь зарабатывать столько денег, чтобы тебе хватило на жизнь. А у меня теперь достаточно денег…

– Эй! – слегка паникую я. – Не глупи давай. Ты все равно поступишь в университет. Обязательно. Просто… теперь ты можешь поступить туда раньше. И для этого не надо пахать летом в магазине, подыскивая покупателям нужный размер обуви или надувая мячи. Ты можешь получить диплом и сразу податься в тренеры.

Тедди смотрит на меня с весельем в глазах.

– Мне больше не нужен диплом .

– Нужен, если ты хочешь тренировать…

– Может, уже и не хочу, – пренебрежительно бросает он, хотя все свое детство только об этом и болтал. – Теперь я могу заниматься чем угодно.

Я несколько секунд молча гляжу на него.

– Но ты хочешь быть тренером по баскетболу.

– Эл, – говорит Тедди таким тоном, будто я ничегошеньки не понимаю. – Все изменилось. Ты ведь должна это понимать. Я могу при желании купить себе баскетбольную команду. Могу назвать ее «Убойная команда Тедди», и никто не помешает мне быть ее главным тренером, помощником тренера и подносчиком мячей, вместе взятыми. На кой черт мне просиживать задницу в универе?

– Я подумала, что теперь, когда тебе не нужно влезать в долги ради обучения…

– Нет, – обрубает Тедди настолько резко, решительно и безапелляционно, что я даже вздрагиваю. Чувствуя, что ситуация вышла из-под моего контроля, потираю глаза ладонями.

– Да ладно тебе, Тедди. Ты же не можешь просто не пойти в университет. Пожалуйста, не будь таким парнем.

– Каким? – напрягается он.

– Парнем, который прожигает день за днем, покупает всякую дребедень и сидит сиднем без дела только потому, что может позволить себе ничего не делать.

Когда Тедди смотрит на меня, его взгляд холоден как лед.

– Почему у меня такое чувство, будто ты только того и ждала, чтобы высказать мне все это?

– Я не… – начинаю и умолкаю, осознавая, что, возможно, он прав. – Тебя сейчас довольно трудно узнать. Ты сам на себя не похож. – Я обвожу взглядом комнату. – Особенно со всем этим добром.

– Мне нравится все это добро.

– Понятное дело, но… – Я пытаюсь собраться с мыслями. – Помнишь, как твой отец задаривал тебя подарками, когда ему везло в игре?

– Это другое, – зло зыркает на меня Тедди.

– Знаю. Просто хочу сказать, что ты мог бы заняться чем-то другим, тратить деньги на что-то другое. Как насчет благотворительности? Ты даже не упоминал о том, чтобы отдать часть…

– Я тебя умоляю! У меня деньги на руках всего сколько? Пару дней? Естественно, я бы потом пожертвовал немного денег куда-нибудь. Ты просто злишься, что я не спросил об этом тебя . По-твоему, все, что касается благотворительности, касается и тебя.

– Ну… – я сжимаю губы.

– Что – ну?

– Я с детства занимаюсь волонтерством. Этим занимались мои родители…

– Вот-вот! – прерывает меня Тедди.

Я каменею и натянуто спрашиваю:

– Что значит это твое «вот-вот»?

Он вздыхает:

– Ты занимаешься волонтерством только потому, что чувствуешь себя обязанной это делать. Ради родителей.

– Это неправда, – отвечаю я с бешено колотящимся сердцем. – Я занимаюсь им потому…

– Что все еще ищешь их одобрения.

Тедди выдает это как неопровержимый факт, как единственно возможную правду, как что-то, что мы до этого обсуждали тысячу раз, и у меня в груди поднимается волна жгучей злости. Значит, вот что он думал обо мне все это время? Что я просто машинально следую в заданном направлении, пытаясь идти по стопам родителей? Так все, интересно, считают?

– Это неправда, – холодно повторяю я. – Волонтерством я занимаюсь и ради себя.

– Не важно, – качает головой Тедди.

Я стискиваю зубы, поскольку это, конечно же, важно. Все важно. Но он еще не закончил. Его взгляд жесток, а тон непреклонен:

– Главное, что ты уже разочаровалась во мне. И это несправедливо.

– Я не…

– Особенно после того, как я предложил тебе половину. – Он практически выплевывает эти слова мне в лицо. – Если ты прекрасно знаешь, на что стоит потратить деньги, то не нужно было упрямо отказываться от них. Взяла бы свою часть и занималась благотворительностью сама.