Дженнифер Смит - Билет на удачу

– Мне надо было раньше завести об этом разговор.

– Угу… надо было.

Тедди хмурится:

– С чего такой тон?

– С того… – цепляюсь я за остатки гордости, отчаянно пытаясь сохранить чувство собственного достоинства, – что в последнее время ты витаешь в облаках.

– А, – кивает он, снова помрачнев. – Это ты так тонко намекаешь на то, что я с катушек слетел?

– Это твои слова, не мои, – пожимаю плечами я.

– Да мне и так понятно, что ты думаешь.

– Прости, но… ты сам на себя не похож. С того самого момента, как выиграл в лотерею.

На щеках Тедди дергаются желваки.

– Боже, Эл, я – это я! – раздраженно восклицает он. – Я ни капли не изменился. Остался тем, кем был. Посмотри, где и как я живу! Ты подогнала мне вагон денег, и, естественно, я куплю на них и робота, и дом, и новую машину, и все, о чем когда-либо мечтал. И естественно, я хочу участвовать в разных ток-шоу. Да ты смеешься, что ли? Меня покажут по телику, и я офигенно выступлю. И знаешь что? В этом нет ничего плохого. Так все бы поступили, окажись они в моем положении. Все, кроме тебя . – Тедди вдруг хватает пустую картонную коробку и швыряет ее об стену. – Это я , Эл. Ты просто не хочешь в это верить. И никогда не хотела. Ты всегда видела меня кем-то большим, кем-то лучшим. Но, может, я совсем не такой.

Он замолкает, тяжело дыша, и мы сидим в тишине, глядя на раскиданные между нами бумаги с инструкцией, как построить хрупчайшую из лодок.

– Прости, – спустя несколько минут произношу я так тихо, что не знаю, услышал ли меня Тедди. – Просто… ты обещал.

Он сидит с опущенной головой, но я вижу, как приподнимаются его плечи, когда он делает глубокий вдох. Затем он вскидывает взгляд и смотрит мне прямо в глаза.

– Что?

Я почти боюсь произнести следующие слова:

– Ты обещал, что ничего не изменится.

Тедди качает головой и поднимается на ноги, взметнув бумажные листы.

– Знаешь, в чем твоя проблема, Эл? – спрашивает он, и на его лице написано сильнейшее разочарование. – Ты любые перемены автоматически относишь к чему-то плохому.

И, сказав это, выходит из комнаты.

На следующее утро Тедди улетает в Лос-Анджелес.

Я узнаю это лишь в обеденный перерыв от Лео, когда он садится за мой столик и делает свою обычную закуску: шлепает один кусок пиццы на другой, так чтобы сыр оказался в середине, по типу пирога. Смотрится отвратительно.

– Обалдеть можно, да?

– От чего? – уточняю я, опуская свой сэндвич с индейкой.

Лео хмурится:

– Он тебе не сказал?

Нет нужды спрашивать, о ком он. И так понятно. В последнее время разговоры только о Тедди. Весь мир крутится вокруг него.

У меня со вчерашнего вечера ноет сердце. И не только из-за самой ссоры, хотя она была ужасной – самой худшей за всю нашу дружбу. Но и из-за того, как сильно перепугался Тедди при упоминании о поцелуе. Из-за того, с какой легкостью он низвел его до пустяка. Из-за того, с каким мастерством проделал в моем сердце аккуратную дырочку.

– Он в Лос-Анджелес улетел, – объясняет Лео, и я недоуменно свожу брови:

– Что?

– Наверное, дает там интервью, – улыбается брат. – Похоже, наш Тедди будет звездой.

Он принимается за свою пиццу, и по его подбородку течет кетчуп. Помню, как Лео впервые сляпал свой пицце-сэндвич перед Максом. У его бойфренда было такое лицо, что я не смогла сдержать смех. Но, к чести Макса, тот мгновенно сварганил себе подобное же безобразие и откусил от него огромный кусок. Взгляды парней встретились, и губы Лео растянулись в широченной улыбке.

– Когда он вернется? – спрашиваю я.

Брат промокает подбородок салфеткой.

– Думаю, оттуда он сразу отправится в Кабо [6] Кабо-Сан-Лукас – мексиканский курортный город на южной оконечности полуострова Калифорния. . Неплохо он зажил, да?

Я киваю, почувствовав себя внезапно страшно усталой.

– Ты чего? – замечает мое состояние Лео.

– Мы вчера вечером поссорились.

– Вы с Тедди? – Он пожимает плечами: – Помиритесь.

– Не знаю… – Я лишь огромным усилием воли сдерживаю слезы, готовые пролиться при воспоминании о нашей ссоре. – Мы никогда еще так не ругались.

– Из-за чего?

– Из-за всего, – поколебавшись, отвечаю я.

Лео кивает, словно прекрасно все понимает. Может, и понимает.

– Все у вас будет хорошо. Вы всегда миритесь.

Однако я не уверена. Прошлым вечером Тедди отправил мне сообщение с вопросом, нормально ли я добралась до дома, но, наверное, сделал это больше из-за маминого наказа, нежели из-за беспокойства за меня. Я ответила коротким «да», и после этого он мне уже не писал. А я, даже забравшись в постель, то и дело поглядывала на мобильный в ожидании, не зажжется ли экран. Но тот оставался темен и тих, и в глубине души я понимала: ответа не будет.