Эли Фрей - Дурные дороги

Засыпать щекой на его ладони. Просыпаться от его дыхания на своей шее. Идти в ванную, забирая с собой его запах. Понимать, что твои волосы и каждый участок тела вобрал его аромат… Разве это не самое прекрасное, что может произойти с девушкой? Мы не могли насытиться друг другом. Не могли отпустить друг друга даже на минуту.

Вылезали из кровати мы обычно не раньше трех часов. Однажды я проснулась и увидела, что Руслан лежит, опираясь на локоть, и разглядывает меня. Он смотрел с любовью. Нежно провел указательным пальцем линию по моему лбу, носу, губам. Я поцеловала его палец.

– Спасибо тебе, ― сказал он.

– За что?

– За то, что изменила меня. Теперь я никуда тебя не отпущу.

– Изменила в лучшую или худшую сторону? ― Я хитро посмотрела на него.

– В лучшую. До тебя я был плохим парнем, Даш. Очень плохим. Кажется, ты делаешь из меня хорошего мальчика.

– Блин, а это совсем не радует. Я больше люблю плохих мальчиков.

Смеясь, он приподнялся и раскрыл объятия.

– Иди ко мне, Ежик. Я слишком долго был без тебя. Нужно наверстать упущенное.

Я прильнула к нему, и он поцеловал меня. Я обвила его руками и ногами и прижала к себе. Он накрыл нас одеялом, и мы полетели на седьмое небо.

Руслан мало рассказывал о себе, друзьях, увлечениях. Точнее, говорил он охотно, но поверхностно, не давая заглянуть глубже. Друзей у него, казалось, было много: звонки раздавались постоянно.

– Почему ты не познакомишь меня со своими друзьями? ― спросила как-то я.

– Хочу, чтобы ты была моей маленькой тайной, ― отшутился Руслан.

Я понимала, что он что-то от меня скрывает. Не хочет показывать мне другое свое лицо, другую жизнь.

Были у него и прочие странности. Например, Руслан заставлял меня подтягиваться. В дверном проеме между коридором и его комнатой висел турник. С такой «зарядки» начиналось каждое наше утро. Я не любила подтягиваться, мне было скучно, но я исправно делала это восемь раз подряд. Руслан удивлялся, а я не понимала, чему, ведь сам он мог подтянуться больше пятидесяти раз. Под конец я увеличила количество подтягиваний до двенадцати. Мне все еще не нравилось, и я пыталась увиливать. Но Руслан спуску не давал.

– В чем прикол? Зачем?

– Чтобы окрепли мышцы.

– Они и так крепкие.

– Так нужно.

Иногда он казался мне роботом, запрограммированным на какое-то одно действие. Например, на то, что каждый день нужно начинать с подтягивания. А потом ― завтрак. На завтрак обязательно ― каша и яйцо. Я ненавидела завтракать. Ненавидела кашу и яйца.

– Не буду есть, ― отодвигала я тарелку.

– Будешь, ― говорил робот Руслан. ― Так нужно.

И я ела, приходилось. Руслан был строгим наставником.

Было время обеда. Я варила картошку и жарила курицу, облачившись в футболку Руслана ― она висела на мне, как длинное свободное платье. Я чувствовала себя героиней фильма ― разгуливаю по дому в футболке своего парня! Разве это не круто? Руслан собирал рассыпанные по полу пустые бутылки и упаковки из-под пиццы, чипсов и крабовых палочек. Как всегда, мы ели на полу, сидя на подушках, перед низким журнальным столиком, и смотрели телек. После обеда мы пошли на прогулку.

– Ежик устал и хочет на ручки! ― Я протянула руки к Руслану и улыбнулась.

Как же это здорово ― иметь рядом кого-то, с кем можно побыть ребенком. С любимым человеком время замирает. Ты не взрослеешь, ты навсегда останешься его маленькой девочкой, сколько бы тебе ни было лет.

Руслан усадил меня на спину. Впереди был крутой склон.

– Ежик готов стать пилотом «Формулы один»? ― шутливо спросил Руслан.

– Не готов! Ежик не хочет быть пилотом! ― завизжала я, смотря вниз.

– У тебя есть три секунды приготовиться к забегу. Три… Два… Один!

– Нет! ― закричала я. Руслан быстро побежал вниз.

В эту ночь нас не тянуло ни идти в клуб, ни ехать догонять закат, ничего. Хотелось просто завалиться дома, что мы и сделали. Заказали еду, забрались на кровать с нардами. Ели самую вкусную пиццу в мире и играли.

– Я хочу спать, ― сказала я, выиграв две партии подряд. Глаза уже слипались.

– Ну, уж нет! Мне надо отыграться! ― возмутился Руслан.

Мы сыграли еще раз. Руслан выиграл. Я взяла коробку с нардами и отошла к столу.

– Где она лежала?