Эйнштейн поначалу отрицает эту теорию. Она кажется ему фантазией. Он уверен, что Вселенная вечная и неподвижная. Почему ее до сих пор силы гравитации не стянули в точку? Ну как почему… Потому что есть лямбда, не позволяющая этому произойти.
Но спустя малое время Эйнштейн отказывается от своей лямбды и признает правоту Фридмана. Тем более, общая теория относительности говорила, что должна быть точка, к которой физические законы неприменимы. Этой точкой была сжатая в нуль Вселенная.
В 30-х годах ХХ века эту теорию экспериментально подтвердил астроном Хаббл. Так рождается теория Большого взрыва. Сегодня абсолютное большинство ученых сходятся во мнении, что возраст Вселенной 13,7 миллиардов лет.
Есть две основные версии возникновения Вселенной. Первая: сначала вся материя и энергия были сосредоточены в нулевом объеме пространства. Наука называет это состояние точкой сингулярности. Потом по какой-то причине эта точка взорвалась как граната. Сконцентрированное в ней вещество начало разлетаться в разные стороны.
Вторую версию описывает нобелевский лауреат по физике Вайнберг: «Вначале был взрыв. Не такой взрыв, который знаком нам на Земле, начинающийся из определенного центра и распространяющийся на всё большее пространство, а взрыв, который произошел одновременно везде, заполнив с самого начала всё пространство, причем каждая появившаяся частица устремилась прочь от другой частицы. В этом контексте «всё пространство» может означать либо всё пространство бесконечной Вселенной, либо конечной, замкнутое на себя, как поверхность сферы». Она появилась как картинка на экране — не из одной точки расползлась, а сразу на весь экран появилась.
Для нашей темы не важно, как именно возникла Вселенная. Важно, что ее не было до определенного момента. Потом она начала быть. Астрофизик Дэвид Дарлинг напишет по этому поводу: «Либо не было ничего, с чего все началось, и тогда... непонятно, как что-то начало быть, либо существовало нѐчто, и в этом случае оно требует объяснения».
До научных открытий ХХ–ХХI века атеистическое мировоззрение имело под собой основу — данные науки позднего средневековья. Бог отрицался на том основании, что, если мир существует вечно, у него не может быть начала. Так как религия называла причину возникновения мира Богом, наука указала, что для такой сущности нет места.
После научных открытий представление о мире кардинально меняется. Теперь наука утверждает, что наш мир не вечно существует, а однажды появился. Что мир никогда не находился в состоянии покоя, а с первого мига пребывает в движении и изменении. Наука говорит: Вселенная не статична, а динамична, не вечно существует, а однажды появилась.
Утверждение «Бога нет» опиралось на представление средневековой науки о вечно существующей Вселенной. Если она не вечная, значит, у неё есть причина. Не важно, как ее назвать. Важно, что она есть. А атеизм основан на отрицании причины мира.
Рядовой атеист-обыватель может себе позволить не вникать в суть доводов, махнуть на все рукой и сказать: «Бога нет». Но так как интеллект среднестатистического ученого сильно выше интеллекта среднестатистического обывателя, он не может себе позволить такое. Оставаться сознательным атеистом в новой ситуации можно, если найти аргументы для атеистической позиции. Единственное направление, в котором это можно сделать: отрицать, что у Вселенной есть причина. Но как можно отрицать причину того, чего не было и что появилось? Еще древние говорили: из ничего не может возникнуть ничего (лат. Ex nihilo nihil fit). И если есть что-то, значит, есть то, благодаря чему это есть.
Но признать это, значит, отрицать атеизм. В целях сохранения атеизма начинается научная эквилибристика, нисколько не уступающая по виртуозности религиозной. Схоласты от науки выходят на сцену. Левым краем рта они делают первое железобетонное утверждение: ничто не может родить ничего. У всего появившегося есть причина. Правым краем рта они делают второе твердокаменное утверждение: Вселенную родило ничто. До возникновения нашей Вселенной не было абсолютное ничего. И это ничего родило что-то — наш мир. Оба этих утверждения атеисты-ученые делают одновременно.
Как только общественность услышала эти два взаимоисключающих утверждения, она со всем почтением к авторитету ученых просит уточнить: может ничто породить что-то или не может? Да или нет? И тут схоласты начинают рассуждать о Южном полюсе. Они говорят, что вопрос бессмысленный. Если уравнения Эйнштейна нельзя продолжить в область отрицательного времени (заглянуть в эпоху до рождения Мира), спрашивать, что было до Большого взрыва, это как спрашивать, что южнее Южного полюса.
Читать дальше