Шэн Кэи - Красные туфельки

Мы увидели, как старина Дяо, нахмурив брови, с удручённым видом сидит на корточках у кромки воды. Подошли поближе, чтобы посмотреть: мужчина держал в руке, словно взвешивая, дохлую рыбёшку размером с ладонь. Рыбёшка сдохла уже довольно давно: шарики её глаз побелели, а чешуя на боках по большей части облезла. Зажав нос, мы театрально замахали рукой, как веером.

— Старина Дяо, — удивились мы, — на что тебе дохлая рыба?

Он приподнял голову и скользнул озадаченным взглядом по нашим лицам. От этого по спине побежали мурашки:

— Чего ты так на нас смотришь? Мы же тебе не рыба.

Старина Дяо был растерян, он открывал и закрывал рот, но так и не произнёс ни слова. Потом он снова опустил голову и забормотал себе под нос:

— От чего же она могла сдохнуть? От чего же эта рыба могла сдохнуть?

Дохлая рыба попадалась уже не первый раз. Он находил её запутавшейся в густых водорослях рядом с берегом. Если водоросли не пошевелить, то рыбу было совсем не видно. Старина Дяо перестал ходить с Хайтянем на далёкие выпасы косить траву, а велел сыну резать траву на склонах озера. Нам было не по себе, казалось, старина Дяо подозревает, будто это мы изводим рыбу, а потому велел Хайтяню охранять озеро. Впрочем, взглянув на дело с другой стороны, мы, наоборот, обрадовались, ведь теперь можно было, воспользовавшись этим шансом, играть с Хайтянем. Нам больше всего нравилось отправляться на плоту на середину озера, большими охапками разбрасывать зелёную траву по воде, а разбросав, укладываться, раскинув руки и ноги, животом на плот, и, приложив ухо к щели между стволов бамбука, слушать, как рыба поедает траву. Было слышно, как новые и новые косяки рыб неслись со всех уголков озера, каждая рыба в отдельности была как узенький ткацкий челнок, а когда множество рыб собиралось вместе, то это было похоже на стук многочелночного станка и напоминало приглушённые громовые раскаты. Рыбы собиралось всё больше и больше, и раскаты грома становились всё ближе и ближе, всё оглушительнее и оглушительнее. Но постепенно они ослабевали и рассеивались, а вслед за этим слышалось, как рыбы, пощёлкивая ртами, поедают траву, словно частые капли дождя шлёпают по запылённой грунтовой дороге. Такое развлечение нам никогда не надоедало.

Старина Дяо вскрыл недавно сдохшую рыбёшку и долго рассматривал её.

— Ага! — воскликнул он. — Я понял, понял.

Мы недоверчиво посмотрели на него. Он слегка смутился и пояснил:

— Я понял, от чего сдохла эта рыба.

— И от чего? — полюбопытствовали мы.

— Её убило током от электроудочки, [37] Электроудочка, удочка-электрошокер — один из наиболее варварских методов браконьерского лова, строго запрещён законодательством Китая из-за катастрофических последствий для ихтиофауны от воздействия мощных электроразрядов. — уверенно сказал мужчина.

По мнению старины Дяо, человек, способный пользоваться удочкой-электрошокером, не мог быть ребёнком, это явно кто-то взрослый, причём сильный и крепкий, и не факт, что Хайтянь смог бы такого остановить.

На следующий день после обеда, увидев Хайтяня, мы изумились: за спиной у парнишки было ружьё! Ружьё было очень длинное, если поставить вертикально, то наверняка было бы выше Хайтяня. Он повесил ружьё за спину наискосок, дулом кверху, так что правая рука лежала на деревянном прикладе. До введения запрета на владение огнестрельным оружием [38] Имеется в виду закон «О контроле над огнестрельным оружием» от 5 июля 1996 г. нам доводилось видеть воздушку. Казалось, та воздушка едва дотягивала до половины длины этого огромного ружья. После запрета мы много лет не видели никакого стрелкового оружия, и сейчас, когда внезапно появилось ружьё, от возбуждения в нас закипела кровь. Но в то же время было совершенно очевидно, что Хайтянь очень смущён из-за такого здоровенного ружья за спиной. Заметив нас, он покраснел и пытался объяснить:

— Это отец велел мне… Опасается, что снова кто-нибудь придёт током глушить рыбу… Это не для того, чтобы в людей стрелять, просто для виду…

Но нам было абсолютно всё равно, для чего ему ружьё. Нас интересовало только одно: ружьё!

Маотоу пощупал ствол: отливавший мрачным блеском, иссиня-чёрный ствол обжигал ладонь, и пальцы слегка дрожали. Глаза мальчишки сверкнули.

— Всамделишнее, настоящее ружьё!

Все заволновались — каждому хотелось пощупать оружие. Хайтянь поставил ружьё вертикально, так, что узенькое дуло смотрело в воздух. Дрожащие пальцы каждого подолгу задерживались на стволе и прикладе, но когда Сунь Бао потянулся к курку, Хайтянь тут же его остановил: