Алиса Габриэлян - Солнце восходит в мае

— Ты знаешь, где она сейчас?

— Полагаю, в Белгороде.

— А твой папа? Почему ты не переехала к нему?

— Он… Да, он замечательный, но… Он женился через год, после развода. Он очень изменился. Он был веселым, необычным и забавным. Однажды он продал наш домашний телевизор, сказав, что от него мы тупеем. Мне было лет пять, но я очень хорошо помню… А его новая жена… На таких женщин он раньше даже не смотрел. Они вызывали у него отвращение. Видимо, со временем все мужчины становятся такими… Инга брюнетка с огромными губами, которые вряд ли от природы у нее такие. Кажется, перед каждым выходом куда-нибудь она накладывает на себя тонну косметики, а думает только о шмотках и дорогих украшениях. Не знаю, что папа в ней нашел. Она же пустышка… Просто кукла. Я от нее совсем не в восторге, да и она меня терпеть не может. Полагаю, с папой жить было бы еще хуже.

— Так как же ты тогда сюда попала? — не понимал Женя.

— Это было перед тем, как я пошла в одиннадцатый класс. Бабушка узнала, что мама повсюду таскает меня за собой и жутко разозлилась. Она приехала к нам и заявила, что я буду жить с ней, пока мама не разберется в себе. Они тогда жутко повздорили. Вот так я переехала сюда.

— Понял. Значит, ты с бабушкой живешь…

— Нет, она… — Майя села, прижав колени к себе, и вздохнула. — Она умерла прошлым летом.

Женя тоже сел и смущенно посмотрел на девушку, которая довольно легко контролировала свои эмоции — теперь она это умела.

— Прости, Майя. Прости, я не хотел, я не знал…

— Все… нормально. Это было в июне, перед моим последним экзаменом, поэтому я не пошла на него, поэтому я не смогла поступить, но… плевать. У меня… до сих пор ощущение, будто я лишилась части себя. Особенно, когда сижу в квартире в одиночестве…

— Возможно, это пройдет со временем! — попытался утешить Майю Женя.

— Нет. Неправда, — отрицала она, — этого не произойдет.

— Майя, время лечит.

— Не лечит. Скорее угнетает. Нам просто кажется, что лечит. Если человек был по-настоящему дорог, с его смертью невозможно смириться. Это нормально…

— Не знаю…

— Быть может, мы забудем ту секунду, когда поняли, что какого-то дорогого нам человека уже нет в живых, но легче не будет никогда. Мы всегда будем осознавать, что они уже не вернутся. Умершие не вернутся. Мы никогда не сможем с ними поговорить или посмеяться. Они останутся в нашей памяти навсегда, но этого мало. Чертовски мало. Людям мало воспоминаний, им нужно знать, что те люди… они не умерли, что они рядом, никуда не ушли… Но жизнь не может нам этого дать. Она лишь может подарить нам воспоминания.

Майя замолчала. Они лежали в песке, смотря на звезды, и Женя стал указывать девушке на созвездия. Она астрономии совсем не знала, поэтому пыталась запомнить хоть несколько звезд, но все равно продолжала их путать, и Женя снова повторял. Когда он начал по третьему разу показывать одни и те же созвездия, она не выдержала и засмеялась. Оба поняли, что она никогда в жизни их не выучит.

— В следующий раз, когда посмотрю на звезды, обязательно вспомню тебя! — сказала Майя.

Так они лежали, пока не рассвело. Женя пошел провожать ее до дома, а ранние пташки уже начинали постепенно наполнять улицы. Ночь закончилась, и по небу разлился апельсиновый сок, говоря людям о наступлении нового теплого чудесного утра.

Утром Женя сонный сидел на кухне и, допивая вторую кружку растворимого кофе, пытался допечатать первую главу книги, когда в комнате появилась Марина. Она зевала и до сих пор была в пижаме. Девушка даже не расспрашивала брата о том, где он был ночью, хотя раньше всегда так делала. Она семенила по кухне, тем самым не давая Жене сосредоточиться.

Марина насыпала корм далматинцам, которые прибежали следом за ней, заварила себе чай, сделала хлопья с молоком и села напротив Жени. Сидели молча: она жевала свой завтрак, он продолжал печатать книгу.

— Майя кажется очень милой, — проговорила Марина.

— Ага, — подсознательно ответил Женя. На самом деле он даже не слышал, что сказала сестра. Он был слишком сосредоточен на работе.

— Жень, ты вообще слышал, что я сказала? — разозлилась девушка, пощелкав пальцами перед экраном ноутбука.

— Что? — наконец-то услышал ее брат.

— Майя. Она странная, но милая, — повторила Марина.

— Да! — машинально ответил он, продолжая печатать.

— А куда вы ходили? — не унималась девушка. Она всегда отличалась своей разговорчивостью, но сегодня Женю это раздражало.