Александра Полстон - Санта–Барбара II. Книга 2

— Оуэн, что с ним сделают? Ты ведь уже давно находишься здесь и знаешь, какому наказанию подвергают пациентов, попавших в изолятор.

Он посмотрел на нее с таким страхом, что Келли стало не по себе.

— После изолятора назначают специальную терапию, — он умолк и опустил глаза.

Келли побледнела.

— Что это означает?

Следующие слова Мура подтвердили ее ужасную догадку. Еле выговаривая слова, трясущимися от страха губами, Оуэн произнес:

— Это означает электрошоковую терапию. А в некоторых случаях бывает еще хуже.

— О нет! — в ужасе воскликнула она. — Но ведь он ничего не сделал? В чем он виноват? Только в том, что нарушил больничный режим?

Мур осторожно выглянул из‑за ее плеча, высматривая, не появился ли кто‑нибудь из санитаров в коридоре. Немного успокоившись, он сказал:

— Но мистеру Капнику еще ничего такого не делали — это я знаю наверняка.

Келли испуганно схватила его за руку.

— Откуда ты знаешь?

Он теребил пальцы, пытаясь унять сильную дрожь.

— Когда я попал в больницу, я тут же узнал, что это такое. После электрошока тебя долгое время преследует запах горелых волос. Ни с кем не хочется говорить, а хочется только лежать. При этом, тебе наплевать на все.

Ошеломленно выслушав слова Оуэна, Келли метнулась за угол.

— Нам надо его спасать! Пошли.

Мур немного замешкался, и был застигнут в коридоре неизвестно откуда вынырнувшим доктором Роулингсом.

— Оуэн, что ты здесь делаешь? — подозрительно спросил он.

Увидев главного врача клиники, Мур, в буквальном смысле слова, затрясся от страха. Не находя места своим рукам, он едва слышно прошептал:

— Простите меня, доктор Роулингс, я не хотел…

Роулингс посмотрел на него таким строгим взглядом, что Мур готов был провалиться под землю.

Оуэн низко опустил голову, не осмеливаясь поднять взгляда. Роулингс укоризненно покачал головой и перешел на более миролюбивый тон:

— А ведь еще вчера я считал тебя образцовым пациентом. Как же ты меня разочаровываешь. Нельзя так обманывать доверие администрации больницы.

Беззвучно шевеля губами, Мур пытался что‑то сказать, но ни единого звука не слетело с его уст. Роулингс торжествующе улыбнулся и положил руку на плечо пациента.

— Я готов простить тебе это нарушение больничного режима, если ты поможешь мне наблюдать за мистером Капником. Я знаю, что ты уже повидался с ним.

Мур трясся мелкой дрожью, как осиновый листок на холодном октябрьском ветру.

— Вы хотите… Вы хотите, чтобы я шпионил за ним? — покорно прошептал Мур.

Роулингс поморщился.

— Оуэн, я попрошу тебя больше никогда не употреблять это слово. О каком шпионаже может идти речь? Ты просто сотрудничаешь с представителями администрации. Запомни, я расцениваю это, как пример осмысленного поведения. У тебя будут определенные обязательства перед обществом. А вот отказ от сотрудничества отрицательно скажется на сроках возможной выписки из клиники. Вероятнее всего, мне придется прибегнуть к интенсивной шоковой терапии, от которой у тебя остались совсем не приятные воспоминания.

— Да, да, — перепуганно затряс головой Мур. — Я даже не могу вспоминать об этом, мне очень плохо.

Роулингс заботливо поправил пижаму на пациенте.

— Но я могу отказаться от первоначального плана и не назначать терапию. Выбирать придется тебе. Сейчас все в твоих руках.

Мур вопросительно посмотрел на Роулингса.

— Если я буду шпионить… — он вдруг осекся и перепуганно посмотрел на доктора. — Простите, я не то хотел сказать. Я хотел сказать, если я буду сотрудничать, вы выпустите мистера Капника из изолятора?

Роулингс со зловещими нотками в голосе произнес:

— Иногда врачебное вмешательство может спасти человека от серьезных неприятностей, но я подумаю над этим предложением. Возможно, я выпущу мистера Капника, если сочту это целесообразным.

Мур принялся с горячностью развивать эту идею.

— Поймите, доктор Роулингс, мне будет проще шпионить за ним, если я буду присматривать за мистером Капником и общаться с ним. Иначе, я не смогу себя посвятить шпионажу целиком.

Роулингс брезгливо поморщился, выслушав Мура.

— Не надо произносить это слово так громко, — тут он оглянулся по сторонам, словно испугавшись, что их подслушивают. — А впрочем, Оуэн, ты прав. Это дельное предложение, над которым стоит задуматься.

Он задумчиво зашагал по коридору, оставив Мура с выражением неподдельного изумления на лице стоять посреди коридора.