Александр Зиновьев - В преддверии рая

— Вы правы,— сказал Жидов.— На всякую великую идею найдется простая мудрость, низводящая первую до уровня ничтожности. Пошли отсюда, а то дружинники на нас уже глаз положили.

— Насчет ваших «диссидентов»,— говорит Физик,— нам известно. Это, конечно, анекдот. Но этот случай представляет интерес для нас именно в силу его анекдотичности. Теперь, я думаю, по всей Стране начнут разоблачать «диссидентов», которые даже слова такого не слыхали. В соседней с вашей области в качестве «диссидентов» разоблачили группу гомосексуалистов. Были даже случаи, когда в «диссиденты» просились записать лица, занимавшие приличные посты в партийном и правительственном аппарате, поскольку, как им стало известно, «диссидентов» выпускают съездить за границу. А как у вас ведут себя друзья-либералы?

— Либералы,— удивился Провинциал.— Вы, очевидно, шутите? Был у нас один случай. Начальник городской милиции призвал подчиненных не оставлять заметных следов на видимых частях тела задерживаемых, за что секретарь Горкома обвинил его в гнилом либерализме. Вы это имеете в виду? Нет? В таком случае я должен признать, что никаких либералов у нас нет вообще. У нас все жители революционеры, как это и должно быть через шестьдесят лет после революции. И даже уголовники, амнистированные по случаю юбилея, тоже революционеры. Между прочим, из-за них стало опасно выходить на улицу с рассвета и до захода солнца. Ночью они, как и прочие граждане, спят, ибо у пьяниц все равно взять нечего, а милиционеры прячутся так, чтобы разыскать их /чтобы набить морду, естественно/ ни пьяницы, ни бывшие уголовники /которые тоже все сплошь пьяницы/ не способны. Так что насчет либералов у нас худо. Придется за ними /как и за колбасой, мясом, маслом, яйцами/ приезжать к вам в Столицу. Мы были бы вам очень признательны, если бы вы дали нам брошюры с разъяснениями самых простых вещей: кто такие либералы и диссиденты, что такое права человека и т.д. Поймите, вы тут в Столице живете сравнительно с нами почти что на Западе, как на Западе. А у нас там такая ужасающая дремучесть. Все ваши усилия фактически не выходят за границы Столицы.

— У нас,— говорит Критик,— выражение «настоящий коммунист» употребляется в двух смыслах: 1/ в смысле человека, действующего в качестве активного члена партии, в системе партии, через партию и т.д.; 2/ в смысле честного, скромного, мужественного, самоотверженного человека. В нашем народе много «настоящих коммунистов» во втором смысле. Не будь их, не выстояли бы мы в Гражданской и Отечественной войнах, не выдержали бы индустриализации, коллективизации, репрессий, голода. Наша партийная демагогия изображает дело так, будто человек становится «настоящим коммунистом» только благодаря коммунистическому мировоззрению, будто это есть качество «настоящего» члена партии. А между тем это ложь. В свое время партия основательно эксплуатировала эти чисто народные качества в своих сугубо партийных целях. Однако теперь стало очевидно, что именно «настоящие коммунисты» во втором смысле не могут процветать в нашей системе. У нас процветают настоящие коммунисты без кавычек /в первом смысле, т.е. демагоги, лицемеры, карьеристы, хапуги/. Конечно, какой-то элемент «настоящих коммунистов» допускается для маскировки и облагораживания прочего скота. Но процент их ничтожен. Он лишь для показухи достаточен.

— Не могу понять,— сказал Террорист,— почему наши диссиденты грызутся между собою. Тут полное единство нужно.