Джей Вэнс - Элегия Хиллбилли

Считалось, что сложнее всего именно попасть на собеседование. Правда у меня с этим трудностей не возникло. Всю неделю я поражался тому, до чего легко получить доступ к самым уважаемым юристам страны. Все мои друзья прошли через десяток интервью и почти везде получили предложение сотрудничать дальше. Лично у меня было шестнадцать собеседований, и к концу недели я так избаловался (и устал), что пару приглашений даже отклонил. Годом ранее, после колледжа, я мыкался в поисках приличной работы и везде получал отказ. Теперь же, после одного курса в Йеле, мне предлагали шестизначную зарплату — причем делали это люди, которые работали в Верховном суде США!

Было очевидно, что поиски работы зависят от какой-то мистической силы, и я только что ощутил на себе ее воздействие. Мне всегда казалось, что, если тебе нужна работа, надо открыть интернет-сайт биржи труда и посмотреть вакансии. Разослать в десяток мест резюме. А потом молиться, чтобы хоть кто-то перезвонил. У некоторых везунчиков был приятель, который мог бы в отделе кадров положить твое резюме поверх стопки. Если профессия востребованная — вроде бухгалтера, — то, вероятно, процесс занимал немного меньше времени. Хотя в целом правила одни и те же.

Увы, таким путем ты почти наверняка ничего не добьешься. За одну неделю я понял, что успешные люди ведут совсем другую игру. Они не выкладывают резюме на биржу труда в надежде, что кто-то из работодателей им соблазнится. Они действуют иначе — через сложную сеть знакомств. Шлют письма напрямую, зная наверняка, что адресат их получит. У каждого за спиной есть дядюшка или кузен со связями. Благодаря университетской службе трудоустройства они проходят собеседования заранее, а родители объясняют им, как надо одеваться, что говорить и к кому обращаться за помощью.

Это вовсе не значит, что твое резюме или результаты собеседования ничего не решают. Безусловно, они тоже важны. Однако куда больший вес имеет так называемый «социальный капитал». Это термин из области науки, его используют экономисты, но сама концепция довольно проста: все наше окружение, люди и учреждения, имеет свою цену. Они позволяют связаться с нужным человеком либо получить ценную информацию. Без них мы — ничто.

Это я уяснил на собственном опыте — весьма болезненном — во время одного из последних собеседований. К тому моменту все разговоры велись по одному сценарию, словно заезженная пластинка: меня спрашивали об интересах, хобби, будущей специализации. Затем интересовались, есть ли у меня какие-то вопросы. Через десяток интервью заученные ответы отлетали от зубов сами собой, а дотошностью я не уступал бывалым юристам. Беда в том, что на самом деле я понятия не имел, чем хочу заниматься и в какой области права буду специализироваться. Я даже не знал, что означают мои вопросы о «корпоративной культуре» и «условиях отдыха для сотрудников». Весь процесс собеседования походил на отрепетированный спектакль. Мне не хотелось выглядеть дураком, поэтому я успешно отыгрывал свою роль.

И вдруг я зашел в тупик. Последний интервьюер задал вопрос, которого я не ожидал: почему мне вообще хочется работать в юридической фирме? Вопрос был элементарным, но я слишком привык рассуждать о своем интересе к антимонопольному праву (немного кривя при этом душой), поэтому от столь неожиданного поворота просто опешил. Конечно, следовало сказать что-нибудь про желание учиться у лучших или интерес к судебным тяжбам… Что угодно, кроме той дурости, которая сорвалась у меня с языка: «Если честно, не знаю; говорят, там много платят. Ха-ха!» Интервьюер пораженно замер, словно у меня на лбу вдруг вырос третий глаз, и свернул разговор.

Я был уверен, что облажался. Самым позорным образом завалил собеседование. Однако в закулисье одна из моих преподавательниц уже звонила своему бывшему партнеру, чтобы замолвить за меня словечко: сказать, что я умный и способный парнишка и обязательно стану хорошим юристом. «Она пела тебе дифирамбы», — так мне потом сказали. Поэтому меня, невзирая на досадный промах, пригласили на следующий этап отбора, и, в конце концов, я получил приглашение к сотрудничеству. Старая поговорка гласит, что дуракам везет.

В Йеле связи — все равно что воздух, которым дышишь. Их не замечаешь, но без них никуда. В конце первого курса многие студенты, как правило, принимают участие в конкурсе Юридического журнала Йельского университета. Там публикуются аналитические статьи из области права, преимущественно для академического сообщества. Обывателю они довольно скучны, почти как инструкция для батареек, потому что написаны сухим формальным языком (например, «вопреки ожиданиям, мы готовы утверждать, что разработка, реализация и внедрение проекта вызовут ряд затруднений, поскольку правовая система склонна скорее подтасовывать факты, нежели стимулировать развитие»). А если серьезно, статья в журнале — это очень важно. Подобная внеучебная деятельность имеет самый большой вес в глазах работодателей; некоторые фирмы берут выпускников только с научными публикациями в портфолио.