Хелен Брайан - Долина надежды [litres]

Они похоронили ее за садом, поставив надгробие из мягкого горного песчаника, на котором вырезали ее имя и цитату из Книги притчей Соломоновых: «Крепость и красота – одежда ее», выбранную Кейтлин. София спросила себя, а понравилась бы Зейдии эта эпитафия или же она вызвала бы у нее очередной приступ раздражения.

А потом София стала опасаться, что смерть Зейдии оставила ее с Кейтлин беззащитными перед опасностями деторождения. Когда сама она была беременна сначала Джорджи, а потом и Шарлоттой, гнетущее беспокойство, снедавшее ее, усиливалось день ото дня, да так, что она не могла спать по ночам. С рождением каждого ребенка ее все сильнее охватывал ужас при мысли о том, что она может умереть, как когда-то ее мать, оставив детей на ненадежное попечение Анри.

Однажды теплой весенней ночью, перед самым рождением Джорджи, на небе взошла полная луна, заливая все вокруг ярким серебристым светом и подчеркивая глубокие тени. Младенец яростно толкался у нее в утробе, и София никак не могла заснуть. Она лежала без сна, предаваясь фантазиям, что часто нисходят на страдающих бессонницей женщин в лунную ночь. Она тихонько встала с постели, надела башмаки и направилась через сад к могиле Зейдии. По дороге она сорвала цветущую ветку яблони и, с трудом опустившись на колени, положила ее на могильный холмик, попросив у Зейдии помощи.

Уже на следующее утро у нее начались схватки, а к обеду она сидела на постели, чистая и причесанная, держа на руках Джорджи, которым восхищалась Кейтлин. Но, забеременев Шарлоттой два года спустя, она упрекнула себя в глупости и предрассудках и потому не отважилась повторить ночную экспедицию.

До той поры роды у Софии протекали легче, чем у Кейтлин, да и в себя она приходила куда быстрее подруги. Но вот с Шарлоттой все вышло иначе: ее она рожала долго и мучительно, к тому же малышка стала выходить из ее чрева ножками вперед. И теперь Софию чрезвычайно тревожила перспектива предстоящих родов, а тут еще и Кейтлин была беременна. Она боялась, что Кейтлин может умереть, рожая своего очередного ребенка, и впервые стала всерьез рассматривать возможность собственной смерти. А если они с Кейтлин умрут, что станется с их детьми?

София слишком хорошо знала Анри, чтобы безоговорочно полагаться на него. Он открыто поговаривал о том, чтобы вернуться во Францию, поэтому она полагала, что, если позволят обстоятельства, он вполне способен увезти Китти, искренне рассчитывая вернуться за остальными детьми. Но, оказавшись на родине, он может и не суметь сделать это, невзирая на все свои благие намерения. А если все ее дети останутся без матери, что с ними будет?

Когда наступил вечер, София накормила детей и заставила их умыться перед сном, после чего устроилась перед очагом со штопкой, ожидая, пока Анри не вернется со строительства очередной усадьбы, каковое, к ее удивлению, продвигалось довольно быстро.

Когда Анри переступил порог, она сообщила ему, что ждет ребенка.

– Это будет подружка Шарлотте. Мальчики все время дерутся друг с другом, а Китти, Рианнон и Сюзанна буквально неразлучны, так что у нее появится младшая сестренка, которую она сможет опекать. Кейтлин тоже беременна, кстати.

– Ну и хорошо, – пробормотал Анри и добавил: – У меня тоже есть для тебя новости. Ужасные новости.

– Что случилось? – в тревоге вскричала София, едва удержавшись, чтобы не сказать, что и у нее припасены для него дурные вести.

– В прошлом году кое-кто из охотников-трапперов, сбывавших шкурки ондатры на фактории Ваннов, говорил, что Луизиана принадлежит испанцам. Я сказал им, что это невозможно и что Луизиана всегда была французской, хотя Франция и воюет с Испанией. Но сегодня прибыли другие охотники, и они клянутся, что это правда. Дескать, они только что вернулись с территории Луизианы. В Новом Орлеане испанцев можно встретить на каждом шагу. Луизиана оказалась в руках врагов! Новый Орлеан – испанский! – Он в ярости ударил кулаком по столу. – Но даже тогда я им не поверил. У Ваннов нашлась «Вирджиния газетт», пусть и годичной давности. Согласно договору война прекратилась несколько лет тому, и Франция уступила свою территорию в Луизиане Испании. Тайно. И теперь туда прибыл испанский губернатор, но французские колонисты отказываются признавать испанское правление. Ходят слухи, что там готовится восстание.

– Вот как? – София уткнулась в свое шитье. Что это, оскорбленная французская гордость?

Анри же мрачно уставился на огонь. Наконец, после довольно продолжительной паузы, он сообщил ей, что отказался от планов отплыть во Францию из Йорктауна или Чарльстона. Он рассчитывал заручиться содействием французского губернатора в Новом Орлеане. С момента провала его шпионской миссии минуло уже четырнадцать лет, и он надеялся, что его участие в ней позабыто и губернатор поможет сыну и внучке маркиза де Марешаля.