Хэрриет Эванс - Место для нас [litres]

Шаг, еще шаг, медленно и спокойно. Карен стало лучше.

– Да. Она просто великолепна. Я рада за Флоренс. Очень рада.

– Я тоже рад. Общаемся по Скайпу, так удобно… В августе она приедет в гости. Мама уже готовится.

– А нужна какая-то особая подготовка?

Билл растерялся.

– Долгая история. Дейзи… ну, ты понимаешь. Папа… и все прочее. – Он посмотрел на Карен, и его глаза опечалились. – Как-нибудь в другой раз расскажу.

Карен понимала: она больше не имеет права выспрашивать о его семье, о Винтерфолде. А Билл продолжал:

– Думаю, Фло только притворяется, что ей нравится жить одной. На самом деле это не так. – Он остановился. – Думаю, это никому не может нравиться.

Несколько минут они молчали. А когда они проходили мимо церкви, Билл тактично кашлянул.

– Так… Джо знает, что ты ушла от него?

– Нет.

– Не стоило ли ему сказать?

– Я оставила записку.

Они подошли к дому Билла, к их старому дому.

– Ты, безусловно, права, Карен. Не пойму только, почему тебе понадобилось уходить именно сегодня.

Билл отпер дверь; Карен вошла в дом и радостно обвела взглядом гостиную, которая всегда казалась душной, а сегодня встретила ее свежестью и прохладой.

– Мне нужно добраться до мамы, прежде чем родится ребенок, – выдохнула она, тяжело опустившись на диван. – Иначе я осталась бы там… застряла бы в ловушке над этим пабом. Я бы ни за что не смогла уйти.

Стоя перед ней и покусывая большой палец, Билл спокойно произнес:

– Да нет, смогла бы. Неужели ты вправду думаешь, что не смогла бы?

– Да, – сказала она, как отрезала. – Послушай, спасибо тебе, но мог бы ты принести мне стакан воды, взять ключи от машины… и давай поедем? О-о-ооооо…

Карен медленно сползла на пол, встала на четвереньки, прищурилась и попыталась сосредоточить взгляд на стеллаже. Она считала все, что попадалось на глаза, лишь бы только не закричать от разрывающей нутро боли. Ей было все равно, где сейчас Билл, смотрит ли он на нее. Казалось, что боль продолжается целую вечность, а когда она отступила, Карен вновь села на диван – оглушенная, с кружащейся головой, выставив перед собой распрямленные ноги, как ребенок.

Билл поставил перед ней стакан воды.

– Карен, ты позволишь осмотреть тебя?

– Что?.. – Она часто заморгала. – Нет! Ни в коем случае!

Билл усмехнулся.

– Позволь опять тебе напомнить, что я врач. Ты всегда жаловалась, что я слишком много работаю. Так, может, теперь понимаешь, почему меня подолгу не бывало дома?

– Мне все равно. Ты не…

Она еле сдержала стон от боли.

– Ох, милая. – Билл смотрел на нее заботливо и с тревогой. – Я всерьез считаю, что ты рожаешь. В свое время мне не раз доводилось видеть родовые схватки. У тебя воды отошли?

Карен жалобно покачала головой.

– Нет. Все хорошо. Мне просто надо, чтобы ты…

Билл присел на корточки рядом с ней.

– Я отвезу тебя.

– К маме?

– Нет. В больницу. Недалеко, в Бат. В Королевскую университетскую больницу. А потом уж к маме. Если ты этого хочешь, я соберу твои вещи и вещи ребенка и отвезу тебя. Пустяки, потрачу несколько часов. Пожалуйста, перестань волноваться.

– Но почему ты хочешь сделать это?

– Ты моя жена, Карен, – сказал Билл, и его голос едва не сорвался.

– То есть потому что этот ребенок по закону твой…

Карен уронила голову на руки Билла.

Билл пожал плечами.

– Нет, потому что мы пока не разведены, а я давал клятву любить и оберегать тебя. Вот почему.

Карен подняла голову. Почему она до сих пор не замечала, как сильно Билл похож на отца?

– Я все еще люблю тебя. Не тревожься, ничего тут нет такого особенного, я это обязательно переживу. Но я хочу позаботиться о тебе, потому что тебе нужна помощь, и ты… ты рожаешь. – Он взял со столика ключи от машины. – Готова мне довериться?

– Почему ты это делаешь?

Карен утерла пот с ямки между ключицами.

– Потому что… я только что сказал.

– О…

– И потому что я… я недостаточно делал для тебя, пока мы жили вместе. Я был… слишком жестким. Вел себя не так, как мой отец. – Билл закатал рукава. – Давай об этом потом. Сейчас у тебя хватает забот.

– Спасибо, Билл, ты очень добр.

Карен хотелось сказать ему, как ей жаль, что все так вышло, как она все перепутала, как она называла его родню снобами, а снобом была сама. Как страстно она мечтает вновь стать частью этой жизни, но только… Она покачала головой, ожидая новой волны боли.

– Ну, приступим, – проговорил Билл.

– Дай мне одну минутку. Позволь посидеть неподвижно.