За Струковыми я тоже не пошел. Рано еще. Санек с Диманом ужинали обычно долго. Это у них что-то вроде традиции семейной – собраться всем за столом и час наворачивать. У меня дома все быстрее. Мама раскладывала нам с отцом еду на тарелки в полвосьмого и звала есть. Кто когда пришел, тот тогда и поел. Прямо вот такого совместного ужина, как у Струковых, у нас не было. Отцу и мне хотелось есть в разное время.
На футбольном поле было пусто. Можно от нечего делать еще сгонять в Лётку, но туда так поздно никто из пацанов не лазил. Ходили слухи, что в это время там собираются бомжи и «бичи», бухают и ловят мелких пацанов. Все это вранье, ясный пень, но проверять не хотелось. Только представить себе: ночь, Лётка, вышка, как огромный скелет, и бомжи с бородами. Да, обязательно с бородами. С рыжими. Фу! Или гоблины какие-нибудь. Те, про которых Вера говорила. Хоп – и загипнотизируют. И шкуру потом сдерут. Хотя это еще большее вранье, чем про бомжей. Веру хлебом не корми, дай какую-нибудь фигню придумать. Лучше бы читать научилась.
Схожу в Лётку. Ну и ладно, что уже смеркается. Мне еще час можно гулять. До девяти. Может, есть кто из пацанов в Лётке. Может быть, там Арсен на вышке сидит с Верой. Или без Веры. Поболтаем. Ему теперь только в Лётке и гулять. Появится у нас во дворе – опять изобьют. Да, и надо будет отцу рассказать, что я теперь раков ловить умею. А маме – что ни за что в детский лагерь не хочу ехать. А то меня собираются куда-то отправить на следующий год. Слышал я такое.
Я перелез через забор в Лётку. Арсен и Вера были там. Так я и думал. Они, как и днем, сидели на вышке, свесив ноги, и кидали сверху бумажные самолеты. На этот раз сухие спички нашлись: самолеты летели и горели.
– А я вас нашел, – заорал я.
– Мы спички уронили, – крикнула Вера. – Вон, внизу. Подбери и поднимайся. Еще подожжем.
Вокруг вышки росла трава. То ли бурьян, то ли полынь, не знаю, как она называется. Я попинал ногами заросли, нашел спичечный коробок и полез наверх.
Когда темнеет, на вышке еще страшнее становится. И ветер будто дует сильнее, хотя сегодня и ветра-то нет. Я поднялся, но на каждой лестнице держался за перила. Днем я за перила не держусь. За Уралом было видно, как заходит солнце. Это красиво. Если бы солнце заходило в другой стороне – за гаражами или за нашим двором, – то было бы не очень. А за Уралом – красиво.
– Мы придумали новые правила клёка, – сказала Верка, после того как я сел с ними рядом.
– Это Вера придумала. Я-то нет, – добавил Арсен. Фингал у него расплылся и теперь был на пол-лица. Хорошо его все же вчера отделали, как еще держится и гуляет?
– Палки надо бросать отсюда. Сверху, – сказала Вера. – Кто попал, тот спускается на один этаж. И так до самой земли.
– Все ты что-то с вышки хочешь сбросить, – сказал я. – А как же тогда за палками ходить для следующего кона? Каждый раз вверх и вниз бегать? Это сдохнуть же можно.
– Нет. Все не так ты понял, – ответила Вера. – Ваш клёк – он интересный, но некрасивый. Не надо бегать взад-вперед с вышки. Сколько тут этажей?
Я перегнулся через перила и посчитал. «Этажей» оказалось семь.
– Вот. Семь. Значит, надо десять или… или даже четырнадцать факелов. Только керосин надо где-то достать.
– Керосин? Факелы? Ты что поджечь-то хочешь?
– У меня есть керосин, – сказал Арсен. – Дома бутылка стоит. Им отец иногда что-то протирает, а я могу немного отлить.
– Здорово! – ответила Вера.
– О чем вы вообще говорите? – спросил я.
– Видишь, вокруг всякой соломы сухой полно?
Да, в Лётке было много соломы вокруг асфальтированного плаца. Мы всегда ее подкладывали под «свинцовый» костер, чтобы он разгорелся побыстрее.
– Ее надо собрать и сделать вокруг вышки много-много куч, – продолжила Вера. – Их-то мы и будем поджигать с высоты.
– Как?
– Факелами. Соберем палок, будем макать их в керосин, чтобы горели хорошо и не тухли, зажигать и сверху бросать в эти соломенные кучки. Поджег кучку – спускаешься на уровень вниз. Становишься поджигателем второго уровня. А как до земли доберешься, значит, победил. Кто первым семь кучек подожжет, тот главный поджигатель. А кто промахнулся, пусть опять кидает.
– А мы Лётку так не спалим? – спросил я.
– Мы сделаем зону вокруг вышки, а остальное от сухой травы очистим, чтоб она дальше не загорелась, – ответила Вера.
А что? Прикольно! Это точно интереснее и красивее, чем просто палкой в бутылку швырять. Огонь я люблю. Да все пацаны огонь любят. Хотя моя мама всегда всего боится и поэтому спичек мне никогда не дает. Но спички можно купить. Бабки с сигаретами и семечками у «Юбилейного» продают спички даже малышам. Хотя и в «Юбилейном» их нам тоже продают. А Арсен вон керосин достанет.
Читать дальше
Конец ознакомительного отрывка
Купить книгу