Камен Калчев - Генеральная проверка

В то время как министр продолжал говорить, расхаживая по сцене и уже полностью овладев вниманием публики, через одну из боковых дверей в зал вошел царский советник Груев. Он был в рединготе и с цилиндром. Его появление сразу же отвлекло внимание собравшихся. Все начали переглядываться и шепотом высказывать предположения о том, что если появился Груев в рединготе и с цилиндром, то, вероятно, его величество уже здесь. Так бывало всегда — если где-то появлялась борода Груева, неподалеку оказывался и царь. И на этот раз публика не ошиблась.

Тем не менее оратор продолжал сыпать угрозами в адрес внутренних и внешних врагов, подкрепляя свою речь различными цитатами. Тем временем Груев подошел к профессору и генералу и что-то доверительно шепнул им. Те немедленно встали и покинули зал вслед за царским советником.

Прибыв в Военный клуб инкогнито (что было его излюбленной манерой), Борис ждал их в одной из приемных. Он сидел в плюшевом кресле и разговаривал с каким-то неизвестным, который сразу же удалился, как только в приемную вошли профессор и генерал в сопровождении Груева.

— Господа, — начал царь, не предлагая им сесть, — пока вы устраиваете балы и вечеринки, развлекаетесь с культуртрегерами, царству угрожает серьезный дипломатический конфликт с нашим соседом — Сербией. Вам это известно?

Генерал попытался что-то сказать, но Борис перебил его:

— Правительство нашего соседа направило нам вербальную ноту по поводу действий македонских четников, засылаемых с нашей территории на территорию Сербии. А вы в это время занимаетесь балами и культуртрегерами…

— Ваше величество, — попытался вставить слово профессор, — мы стараемся сплотить интеллигенцию вокруг трона и правительства! В этом мы видим наш высший патриотический долг.

— Прекрасно, профессор! Но прежде объедините нацию, а уже потом культуртрегеров! Известно ли вам, что французский и английский представители тоже недовольны внешней политикой нового правительства?

— Если вы имеете в виду ноты, то мы тоже можем отвечать на них нотами, ваше величество, — снова вставил профессор. — Правительство Сербии предоставляет убежище нежелательным элементам, устраивающим заговоры против Болгарии. А французская и английская пресса изрыгает хулу на маленькую Болгарию. Мы не можем молчать, ваше величество! Молчать в таких случаях просто недопустимо!

— Все они лгут о нас, ваше величество! — выкрикнул генерал. — Все лгут!

— Я приехал сюда не для дискуссий с вами, господа! То, что я сказал, имеет принципиальное значение для дальнейшего развития нашей внешней политики. И вы должны серьезно подумать, прежде чем устраивать балы и давать интервью иностранным корреспондентам. Это во-первых. Во-вторых, обратите внимание еще на одно обстоятельство, которое меня беспокоит. Как мне стало известно, позавчера были арестованы Васил Коларов и Георгий Димитров. Чем вызван их арест? Какими причинами?

— Ваше величество…

— Вы спешите, господа. И разумеется, ошибаетесь! Еще не время открывать новый фронт. Арестованные продолжают оставаться депутатами Народного собрания. Соблюдайте закон! Действует в этой стране конституция или нет? Если нет, то так прямо и скажите!

— Ваше величество, Коларов арестован за нелегальный въезд в страну. Он нарушил закон.

— Мне это известно. И вы его оштрафовали за нарушение конституции на двадцать пять левов, не так ли?

— Так точно, ваше величество…

— Ну и конституция!

— Я полностью разделяю ваши взгляды, ваше величество, — сказал профессор, — но мы связаны этой конституцией. Ничего не поделаешь!

— Что же вы предлагаете?

— Придется искать иные методы. Против Георгия Димитрова будет возобновлено старое дело от тысяча девятьсот двадцатого года о подстрекательстве к бунту.

— А как насчет срока давности?

— Он еще не истек. С юридической точки зрения все учтено!

— Хорошо, — сказал. Борис, вставая с кресла, — если так, действуйте. Смотрите только, как бы на вас не рассердились земледельцы. — Он сделал несколько шагов, остановился у окна и сказал, не оборачиваясь: — Семь раз отмерь — один раз отрежь! Кажется так, Груев?

— Да, ваше величество, — угодливо подтвердил советник.

— В таком случае, — продолжал Борис, — незачем поднимать шум из-за двух человек. Тем более что со временем эти двое помогут нам заманить в ловушку две тысячи, а может, и больше. Не так ли? Вот тогда эффект будет другим, и политические результаты — тоже! Я — сторонник медленных, но верных действий в политике, и я не могу согласиться с вашими поспешными мерами. Освободите задержанных и установите за ними наблюдение!