Камен Калчев - Генеральная проверка

— «…Город Фердинанд, — читал протоиерей, — является центром околии и насчитывает около пяти тысяч жителей, большинство из которых болгары; есть турки, евреи, армяне и цыгане. Расположен он на левом берегу реки Огосты, в большой котловине, окруженной со всех сторон холмами. Старинное название города — Голяма-Кутловица…»

— Отче, нужно упомянуть и о Клисурском монастыре, — сказал иеромонах Антим, — иначе география полной не будет.

— Я отметил его на странице тридцать второй, ваше преподобие. Итак, продолжаю: «…Во времена римского владычества на этом самом месте был расположен большой город, насчитывавший более двенадцати тысяч жителей и именовавшийся Монтаненсиумом. Там собрались представители со всей Болгарии: из Габрово, Берковицы, Цариброда, Кюстендила, Тырново, Самоково, Врацы — из каких только уголков земли болгарской не было здесь людей».

— Скажи и о ярмарках!

— Я вот что сказал: «…Каждый понедельник там устраивался большой базар по продаже крупного и мелкого скота, а также мануфактуры и бакалейных товаров. Каждый понедельник этот базар гудел, словно улей. Сюда прибывали торговцы из Софии и Габрово, из Фракии и Греции, чтобы купить скот или продать свои товары…» Теперь о промышленности…

— Она хорошо развита и нельзя забывать об этом.

— Я зафиксировал все точно. «…В городе есть два черепичных завода, две маслобойни, электростанция, современные мельницы, несколько слесарных, много сапожных, столярных, кожевенных и других мастерских. Услуги торговле оказывают три государственных и три частных банка. Есть православная церковь, мечеть и синагога. Есть неполная гимназия, начальное торговое училище…»

— О церкви — хорошо, но о мечети излишне вспоминать, потому как она закрыта муфтием.

— Ходят, ваше преподобие, ходят молиться. Каждую ночь ходжа воет с минарета, как волк, не давая людям спать.

— Конечно, ходжа будет выть, когда мы, православные слуги божьи, не на своих местах.

— Этот ходжа не опасен, ваше преподобие. Более опасны те, кто обыскивал вас, оставив в одном исподнем перед входом в город! Их нужно бояться и тебе, и всем нам!

— Так всегда бывает, когда власти бездействуют, — повысил голос иеромонах. — Где Григоров, начальник околийского полицейского управления? Нас раздевают догола, а его людей нет!

— Даже ругают нас по-матерному, — подал голос попик из Флорентина, — а Григорова нет!

— Смутное время, братья, все, что задумают власти, коммунистам известно становится… Особенно от адвокатов и учителей.

— И почему Григоров не арестует их?

— Григоров все это сделал еще двенадцатого, но самые опасные — Замфир Попов, Христо Попов и другие — сбежали и укрываются в селах Лопушна и Соточино.

— О Христо и Иване [19] Речь идет о Христо и Иване Михайловых — деятелях Болгарской коммунистической партии. я знаю. В этом виноват их родитель — отец Михаил. Проморгал он сыновей.

— Я сказал ему об этом позавчера, когда служили молебен в церкви, а он посмотрел на меня свысока и ответил: «Я в дела моих сыновей не вмешиваюсь, Йордан, они совершеннолетние…»

— Анафема таким божьим слугам!

— Не посмел я предать его анафеме. В нашей околии других таких, как он, нет.

— В Ломской околии большинство таких, как он.

— А во Флорентине нет! — подал голос попик.

— Там нет, а в Медковеце есть один! Но стоит всех!

— Отец Неофит распорядился, чтобы его лишили сана.

— Носит под рясой револьвер! — опять подал голос попик.

— Что до револьвера, то я его тоже ношу, — сказал протоиерей Йордан, — важно против кого ты его носишь.

В это время кто-то постучал в окно. Святые отцы вздрогнули и посмотрели в сторону улицы.

— Кто там? — спросил протоиерей Йордан.

— Я, отец, — откликнулся хриплый голос, — Рангел, полицейский из околийского управления.

— Что привело тебя сюда, Рангел?

— Открой окно, я скажу тебе.

— Ты один?

— Один.

Протоиерей поднялся, стряхнул с подола рясы ореховые скорлупки и подошел к окну. Перед ним в лунном свете предстал во весь рост вооруженный винтовкой полицейский Рангел. Протоиерей открыл окно.

— Кто у тебя, отче? — спросил Рангел.

— Гости из Клисурского монастыря. Говори быстрей, зачем пришел?

— Григоров распорядился, чтобы ты шел в околийское управление. Немедленно! И оружие свое прихвати.

— Что случилось?

— Вы здесь винцо попиваете, а там люди революцию делают! Вот что случилось! Давай, времени нет! Да револьвер-то свой прихвати, а то очень опасно. Они ведь такие…