Камен Калчев - Генеральная проверка

Смогут ли товарищи остаться незамеченными этой лунной сентябрьской ночью? Смогут ли?

Димитров, Коларов и Гаврил Генов уже установили желанную связь с организацией. Бывший батрак, сторож виноградника, Милан Биволчев из Выршеца вспоминает:

«…В местечке Арчини внезапно появился Гаврил Генов… Потом к нему присоединились Васил Коларов и Георгий Димитров с чемоданами в руках. Гаврил приказал моему брату: «Отведешь этих товарищей в вашу овчарню и будешь выполнять все, что они тебе скажут…»

А вот что писал Коларов:

«…Товарищи изложили нам план своих действий: 23 сентября в два часа ночи вооруженный отряд незаметно подойдет к селу, атакует полицейский участок, разоружит полицию и займет общинную управу. После этого отряд присоединится к главным силам восставших».

С этого плацдарма предусматривалось нанести удар в направлении Врацы, а потом на города Берковицу, Фердинанд, Бяла-Слатину, Оряхово, Лом, Видин, и весь этот край от Дуная до гор Стара-Планины… загорелся бы так, что и в Софии стало бы жарко!

Поэтому именно к Враце были прикованы их думы. И Димитров, и Коларов повторяли:

— Враца решит успех восстания! Гаврил Генов должен выехать сразу же, незамедлительно! Во Враце нужно создать ударный кулак!

Таковы были планы.

Когда они вышли из шалаша, полночь уже миновала. Выршецкие коммунисты ушли в лес, чтобы там дождаться ночи на 23 сентября, а Димитров и Коларов проводили Гаврила Генова к наезженной телегами проселочной дороге, которая выходила на шоссе Выршец — Враца. Там его ждал фаэтон Милана Биволчева. Перед расставанием Васил Коларов снова напомнил Генову:

— …С этого момента ты — военный революционный командир в этом крае! Ты — представитель Главного военно-революционного комитета! От тебя зависит успех всего восстания. До скорого свидания в свободной Враце!

Сильное впечатление на Генова произвели эти слова Коларова. Сколько речей, посвященных революции, было произнесено до сих пор! Сколько было сказано слов! В клубах и на встречах, на собраниях и митингах, в тюрьмах и арестантских камерах. И вот сейчас она, революция, пришла! Стучится в дверь! Не только слов, но и дел ждали от них! И этот счастливый жребий пал на него, парня из села Соточино, боевого офицера, партийного руководителя, коммуниста Гаврила Генова.

Он вскочил в фаэтон и сказал:

— Ну, давай, бай Милан!

Димитров и Коларов долго смотрели ему вслед, вслушивались в затихающий стук копыт и фырканье лошадей.

«…Он должен был уже этой же ночью вступить в контакт с врачанскими товарищами, чтобы выработать точный план действий на последующие дни, — пишет Васил Коларов. — Мы с Георгием решили войти в Выршец ночью. Нам была подготовлена квартира в доме нашего покойного товарища — учителя Станчева. Этот дом, называвшийся дачей Станчева, служил одновременно и гостиницей. В нем находились и другие гости, в том числе и иностранцы.

У товарища Станчевой была трудная задача — провести нас в отведенную нам комнату так, чтобы никто не увидел и не услышал. Девочка-служанка, которая была у нее, также не должна была знать о нашем присутствии. С хозяйкой был и двенадцатилетний слегка заикавшийся паренек, которого она определила для связи с нами. Этот мальчик проявил изобретательность и редкую осторожность, только благодаря ему нас не смогла найти полиция, на следующий день в стремлении отыскать нас перевернувшая все село».

В комнате им дали тазик с водой, чтобы они могли умыться, принесли кое-чего перекусить и познакомили их с Эмилом, который, по словам Станчевой, должен был стать их ангелом-хранителем.

— Тетя, я молодой коммунист, — запротестовал Эмил, — а не ангел-хранитель! Товарищи могут быть абсолютно спокойны.

— Спасибо тебе, Эмил, — сказал Димитров, — только вот этой ночью тебе не придется поспать!

— С самым большим удовольствием!

— Ну уж, не такое это большое удовольствие, — улыбнулся Коларов, — но нужно, братец! Мы должны быть осторожными! А уж в воскресенье отоспимся.

— Я могу и в воскресенье не спать, если надо!

— Благодарим тебя, Эмил!.. Ты в самом деле настоящий молодой коммунист. Однако уже пора гасить лампу, как бы не заметила служанка…

— За служанку я отвечаю, — успокоил их Эмил. — Я ее ранним утром выпровожу на базар за покупками.

— Спокойной ночи.

— Пусть ваша ночь будет еще спокойнее!

Эмил тихо прикрыл дверь и на цыпочках вышел во двор. Затем он скрылся в кустах жасмина и провел там всю ночь. Над притихшим полем ярко светила луна.