Камен Калчев - Генеральная проверка

— Сейчас свободных комнат нет.

— Я могу подождать.

— Боюсь, как бы вам не пришлось ждать слишком долго.

— Не может быть!

Он вытащил из-под манжета листок и с таинственным видом подал ей.

— К сожалению, — сказала женщина, — у меня нет очков! Эмил, — обратилась она к юноше, который не отрывал взгляда от незнакомого человека, — сходи принеси мне очки!

Эмил поколебался, но, услышав повторное приказание, бросился к дому за очками.

— И все-таки кто же вы такой? — спросила женщина, воспользовавшись отсутствием мальчика. — И кто вас послал?

— Я — друг Пастармаджиева, — ответил майор, — прибыл сюда с важной миссией. Прошу вашей помощи.

Смущенная женщина взяла деревянную ложку и начала мешать мармелад, не спуская глаз с незнакомца.

— Я майор Агынский, — продолжал он, — мне нужно как можно быстрее связаться с местной партийной организацией… Я принес сигнал к восстанию!

— Извините, — испуганно сказала женщина, — о каком сигнале идет речь? Я вас не понимаю.

— Поймите, я не могу терять ни минуты! Поверьте записке и моему честному слову!

Она все так же изумленно смотрела на него. В это время подошел Эмил с ее очками.

«…Я попросил ее, — напишет позже майор, — послать мальчика за кем-нибудь из правления местной организации коммунистов. Мальчик ушел. Через некоторое время он вернулся и сказал, что не нашел никого из членов правления. Послали его во второй раз, чтобы он привел хотя бы одного из коммунистов. Время летело как на крыльях. День, по сути дела, миновал. Пришел товарищ и сказал, что сегодня во время похорон умершего коммуниста на кладбище произошло столкновение с полицией. После похорон все укрылись в лесу».

А вот и воспоминания Эмила о том времени:

«…Каждое лето, как и в тот раз, мы проводили у моей тети в Выршеце… 12 сентября принесло нам тревожные нести. Мы слышали об арестах коммунистов, но через несколько дней из записки, полученной от отца, я узнал, что ему удалось избежать ареста. Скрылся и мой двоюродный брат. Я, как ученик, был вне подозрений, и мне поручили поддерживать связь с укрывшимися от полиции товарищами и снабжать их продуктами… Тетя моя не стала бы доверять первому встречному, и человек, который придет из Софии, должен будет предъявить ей документы. Этим человеком был майор Агынский. Они договорились, что я отведу его в шалаш Биволчева и он будет следовать за мной метрах в ста».

— Браво, герой! — сказал майор парнишке.

— Это мой долг, молодого коммуниста! — ответил ему Эмил.

«…Я встретился с коммунистом, — вспомнит потом майор, — и вместе с Божидаром Митревым направил его к товарищу Георгию Димитрову».

«…Вечером, — продолжает Эмил, — когда мы ели, сидя под виноградными лозами на заднем дворе, через ограду свесилась голова какого-то мужчины. Он позвал нас тихим голосом. Мы вскочили. Это был секретарь парторганизации. Он сообщил нам, что этой ночью на даче должны будут переночевать два ответственных товарища из Софии. Вскоре он привел их, и мы осторожно провели их в комнату на втором этаже».

Так завершилась первая часть миссии майора.

Но предстояли еще новые испытания. Вернувшись в гостиницу «Зеленое дерево», он застал своих товарищей очень встревоженными. Причиной их беспокойства было появление некоего господина в штатском, который непрерывно вертелся около гостиницы и неотступно следил за ними. Майор задумался. Положение в самом деле было серьезным. Что делать? Наблюдая в окно за хорошо одетым господином в остроносых ботинках, он сказал товарищам:

— Наша легенда заключается в следующем: мы землемеры, направляемся в Ломский край… А из-за поломки автомашины остановились здесь…

Хорошо одетый господин продолжал расхаживать перед дверью «Зеленого дерева». Майор опустил шторы и быстро вышел из гостиницы. Он решил действовать.

Никола Агынский пошел по тротуару, стараясь выглядеть спокойным, беззаботным. Он знал хитрости хорошо одетого господина, идущего по противоположному тротуару. Чтобы уйти от преследования, майор сворачивал в боковые улочки, но и хорошо одетый господин делал то же самое, и в конце концов они столкнулись лицом к лицу. Оба купили себе поджаренный горох, грызли тыквенные семечки и подозрительно смотрели друг на друга. Майор наклонился, сделал вид, что завязывает шнурки на ботинках, и хорошо одетый господин сделал то же самое. В конце концов майор, почувствовав усталость, зашел в небольшой ресторанчик при гостинице, чтобы перекусить. Он заказал себе тушенное с луком и чесноком мясо и почти не удивился, увидев, что и хорошо одетый господин ест такое же блюдо.