Кристина Клайн - Поезд сирот

Молли обхватывает себя за плечи и пытается придумать, что делать дальше. Утро не по сезону студеное, туманное, а свитер она захватить забыла. Приехала она на «Эксплорере», бесплатном автобусе, который ходит по круговому маршруту: сошла с него на ближайшей остановке, минутах в десяти ходьбы. Если окажется, что дома никого нет, придется возвращаться на остановку и ждать следующего автобуса, возможно довольно долго. На коже мурашки, и все же Молли всегда нравились такие дни. Пустое черное небо и силуэты облетевших деревьев ей больше по душе, чем незамысловатые посулы солнечных весенних дней.

Молли аккуратно помечает отработанное время в блокнотике, который носит с собой: в какой-то день четыре часа, в какой-то два. Пока всего двадцать три. В компьютере она создала табличку в «Экселе» и все туда заносит. Джек посмеялся бы, если бы узнал, но она слишком давно варится в бюрократической системе и знает, что документы – это главное. Если все бумаги будут в порядке, с должными подписями и полным отчетом, обвинение снимут, деньги вернут – ну, все такое. А человек безалаберный рискует потерять все.

Молли решила, что сегодня можно проработать часов пять. Тогда всего получится двадцать восемь, то есть больше половины.

Она звонит еще раз, приставляет ладони к стеклу, заглядывает в темную прихожую. Пробует ручку – та внезапно поворачивается, и дверь открывается.

– Есть кто? – говорит она, входя, а не получив ответа, спрашивает еще раз, громче, и идет дальше через прихожую.

Вчера перед уходом Молли сказала Вивиан, что сегодня будет пораньше, но точное время не назвала. И вот она стоит в гостиной с задернутыми шторами и гадает, не лучше ли уйти. В старом доме столько всяких звуков. Скрипят сосновые половицы, дребезжат оконные рамы, жужжат мухи под потолком, полощутся на ветерке шторы. Сейчас, в отсутствие человеческих голосов, Молли кажется, что она слышит звуки и из других комнат: стонут кроватные пружины, капает из кранов, гудят лампы дневного света, позвякивают цепочки на дверях.

Она осматривается: изящная полка над камином, резной дуб по карнизу, люстра из латуни. В четыре широких окна, выходящих на море, видно плавный изгиб пляжа, зубчатые ели вдалеке, посверкивающий аметист моря. В комнате пахнет старыми книгами, вчерашней золой, к этому примешивается что-то вкусное из кухни – ведь пятница; Терри, похоже, готовит на выходные.

Молли разглядывает старинные фолианты на высоких книжных полках; тут распахивается кухонная дверь и влетает Терри.

Молли оборачивается.

– Доброе утро.

– Ай! – вскрикивает Терри, вцепившись в тряпку, которую прижимает к груди. – Господи, вот напугала-то! Ты что здесь делаешь?

– Ну, это… – запинается Молли, которая и сама уже не понимает что. – Я несколько раз позвонила, а потом просто решила войти.

– Вивиан тебя ждала?

Ждала ли?

– Мы, вообще-то, не договорились конкретно…

Терри щурится, хмурит брови:

– Негоже заявляться, когда вздумается. Не тебе распоряжаться ее временем.

– Я знаю, – говорит Молли, начиная краснеть. – Простите.

– Вивиан никогда бы не согласилась начать так рано. Она придерживается строгого режима. Встает в восемь или в девять, вниз спускается в десять.

– Мне казалось, все пожилые люди рано встают, – бормочет Молли.

– Не все. – Терри упирает руку в бок. – Но дело не в этом. Ты вошла без спросу.

– Ну, я не…

Терри вздыхает и произносит:

– Джек тебе, наверное, говорил, что я была не в восторге от этой идеи. Чтобы ты вот так отрабатывала свои часы.

Молли кивает. Ну вот, пошли нотации.

– Но он почему-то готов из-за тебя в лепешку расшибиться.

– Я это знаю и очень ценю. – Молли понимает, что если начнет оправдываться, то вляпается, как всегда. Но все же добавляет, не удержавшись: – Надеюсь, я его не подвела.

– Да вот подвела. Являешься без предупреждения.

Ну допустим, она это заслужила. Что там говорил на днях учитель на уроке по основам права? Старайтесь не поднимать вопросов, на которые у вас нет ответов.

– И еще одно, – продолжает Терри. – Я сегодня была на чердаке. И я, убей бог, не понимаю, чем ты там занимаешься.

Молли переминается с ноги на ногу, злится, что ее обвиняют в том, что решительно не в ее власти, а еще сильнее злится на себя за то, что не в состоянии убедить Вивиан отправить на свалку этот хлам. Понятно, как это выглядит в глазах Терри: Молли валандается без дела, тянет время, как какой-нибудь чиновник, который отсиживает в кабинете рабочие часы.